Самые кровожадные нацистские преступники - Oxford44.ru
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (пока оценок нет)
Загрузка...

Самые кровожадные нацистские преступники

5 непойманных нацистских преступников

Далеко не все нацистские преступники ответили по всей строгости закона за свои злодеяния. Некоторые сумели скрыться до знаменитого Нюрнбергского процесса. Одни эмигрировали в Канаду, скрыв ужасное прошлое, другие – выбрали более экзотические страны. Например, Ариберт Хайм по прозвищу «Доктор Смерть», скрылся от суда в Чили. Затем перебрался в Египет, сменив имя. По официальной версии, он умер в 2012 году. Но точных подтверждений этому нет.

Бруннер являлся гауптштурмфюрерор СС и одном из ближайших соратников Адольфа Эйхманна. Свой кровавый след Алоиз оставил в «Окончательном решении еврейского вопроса».

Бруннер, как начальник специальных отрядов СС, с 1939 по 1945 годы отвечал за депортацию порядка ста тысяч евреев из разных городов и стран в лагеря смерти Третьего рейха. Например, он организовал депортацию более пятидесяти тысяч людей только из одного Берлина. И из Франции Бруннер отправил на смерть более двадцати тысяч человек.

После поражения Германии, он сменил имя и попытался скрыться в Мюнхене. В 1947 году стал шахтером в Эссене. Но страх разоблачения был настолько велик, что в 1954 году Алоиз перебрался в Сирию. Здесь он стал доктором Георгом Фишером, активно сотрудничавшим с местными спецслужбами. Его, кстати, так и прозвали «отцом сирийских спецслужб». По версии турецких разведчиков, именно Бруннер занимался подготовкой и обучением бойцов Рабочей партии Курдистана.

На жизнь Бруннера было совершено несколько покушений, причем особенно старались его убрать израильтяне, но тщетно. И хоть сам преступник в 1985 году заявил, что готов предстать перед судом, этого не произошло. По одной из версий он умер в 1996 году в Латакии, по другой – в 2010 в Дамаске.

Он родился в Австро-Венгерском городе Мань. А в 1944 году, во время оккупации части Словакии, стал служить в венгерской полиции. Ладислаус занимался охраной гетто в Кошице, принимал активное участие в поимке евреев.

По подсчетам Центра Визенталя, Чижик-Чатари ответственен за гибель порядка пятнадцати тысяч людей, кроме этого он «избивал женщин плетью, заставлял узников копать замерзшую землю голыми руками и был причастен к другим зверствам».

После окончания войны чехословацкий суд приговорил его к смертной казни. Но Ладислаус сумел избежать наказания. В 1948 году он эмигрировал в Канаду и получил гражданство.

Чижика-Чатари арестовали в 2012 году в Будапеште. Но дряхлый старик так и не ответил за свои преступления, 10 августа 2013 года он умер от воспаления легких.

Голландец Фабер родился в 1922 году в Хаарлеме. После того, как Германия оккупировала Нидерланды (1940 год), Клаас записался в ряды Ваффен-СС. И спустя несколько месяцев он стал полицейским в Роттердаме, а затем в Гааге. Пик его нацистской «карьеры» пришелся на работу в лагере Вестерборк. Это было своего рода отправной точкой евреев на пути в лагеря смерти.

Кроме этого Фабер засветился в проекте СС Silbertanne – эскадронов смерти. Здесь он «перевоспитывал» голландцев, причастных к Сопротивлению. Также расстреливал людей и охранял лидера нацистского лидера Нидерландов Антона Муссерта.

После войны Фабера сначала приговорили к расстрелу, потом дело пересмотрели и казнь заменили на пожизненное заключение. Вот только Клаас сумел сбежать в конце декабря 1952 года. Он перебрался в Германию, поселившись в Ингольштадте. Здесь Фабер работал на предприятии Audi.

Власти Нидерландов в 1954 и 2004 годах отправляли в Германию запрос на экстрадицию преступника, но оба раза получили отказ. Не повлияло на решение немцев и то, что Центр Визенталя включил Фабера в «список самых разыскиваемых нацистских преступников». Умер голландец в конце мая 2012 года, так и не представ перед судом.

Владимир родился в 1921 году в поселке Лужаны, который сейчас относится к Черновицкой области Украины. В те же времена эта земля принадлежала Румынии.

В 1942 году Катрюк записался в 118-й батальон шуцманшафта, который действовал против советских партизан. По данным КГБ Владимир принимал участие в уничтожении жителей Хатыни.

Сначала считалось, что Катрюк не дожил до окончания войны. Но это оказалось неправдой. Он ушел служить во французское движение сопротивления. А в 1944 году стал солдатом Иностранного легиона.

После войны, выдав себя за родного брата, Катрюк жил в Париже. А в 1951 году эмигрировал в Канаду. Вместе с женой он занимался пчеловодством в Квебеке. И хоть в 1999 году канадские власти узнали о его поддельных документах, лишать гражданства пасечника не стали – тайна о военных преступлениях сохранилась.

В 2014 году Российское правительство сделало запрос о выдаче Владимира, но получило отказ. Умер Катрюк 22 мая 2015 года от инсульта. Перед судом, в соответствии с международным правом, он так и не предстал.

Хайм – практикующий врач – вступил добровольцем в ряды СС в 1940 году. Во время Второй Мировой войны он проводил ужасающие опыты (по его мнению, «медицинские эксперименты») над заключенными в лагерях. Тогда же у него появилось прозвище «Доктор Смерть».

С октября 1941 года по февраль 1942 Ариберт работал в концентрационном лагере Маутхаузен, находящийся в Австрии. Его подопытными чаще всего становились женщины. Хайм практиковал проведение различных операций без наркоза, чтобы выяснить, насколько сильной может быть боль. Кроме этого «Доктор Смерть» делал инъекции бензина, воды и яда непосредственно в сердце. Цель этих экспериментов – установить, как быстро умирает человек от того или иного воздействия. Опыты и их результаты Хайм описывал в своих дневниках.

В 1945 году его арестовали американцы. Но спустя два года «Доктор Смерть» оказался на свободе, сумев избежать Нюрнбергского суда. И до 1962 года Хайм работал врачом в Маннгейме, после перебрался в Баден-Баден. Когда всплыла правда о его ужасном прошлом, Хайм исчез.

Спустя годы, начали просачиваться новости о месте возможного пребывания нацистского преступника. Сначала говорили о Чили, потом о Египте. Появилась информация, что Хайм умер в 1992 году в Каире от рака. Журналисты проверили «египетскую версию». Им удалось найти паспорт с новым именем Ариберта (приняв ислам, он стал Тариком Фаридом Хусейном), его медицинскую карту и свидетельство о смерти. Сын преступника подтвердил версию, что отец умер в Египте.

В конце сентября 2012 года Германия официально перестала разыскивать «Доктора Смерть».

Cамая жестокая женщина в мире Ильзе Кох — нацистская извращенка (6 фото)

По статистике большую часть маньяков и извращенцев составляют мужчины. Однако есть женщины, которые могут дать фору любому маньяку, которых язык не повернется назвать слабым или прекрасным полом. Одна из них Ильзе Кох, или «Фрау Абажур», которая, вместе с другой эсэсовкой, возглавляет список самых ужасных женщин за всю мировую историю.

Чтобы воплотить в жизнь идеи Гитлера, нужны были исполнители — люди без жалости, сострадания и совести. Нацистский режим старательно создавал систему, которая смогла произвести их.

Нацисты создали на оккупированной ими территории множество концлагерей, предназначенные для так называемого «расового очищения» Европы. То, что узниками были инвалиды, старики, дети не имело никакого значения для садистов из СС. Освенцим, Треблинка, Дахау и Бухенвальд стали воплощением ада на земле, где людей систематически травили в газовых камерах, морили голодом и избивали.

Ильзе Келер родилась в Дрездене в семье рабочего. В школе была прилежной ученицей и очень жизнерадостным ребенком. В юности работала библиотекарем, любила и была любима, пользовалась успехом у деревенских парней, но всегда считала себя выше других, явно преувеличивая свои достоинства. В 1932 она году вступила в НСДАП. В 1934 году познакомилась с Карлом Кохом, за которого спустя два года вышла замуж.

Как из тихой неприметной библиотекарши Ильзе превратилась в монстра, которая держала в страхе весь Бухенвальд?

Очень просто: «подобное притягивает подобное» и когда ее эгоизм объединился с амбициями эсэсовца Карла Коха, скрытая извращенность Ильзе стала явной.

В 1936 году Ильзе добровольно устроилась работать в концлагерь Заксенхаузен, где служил Карл. В Заксенхаузе Карл даже среди «своих» приобрел репутация садиста. В то время Кох упивался властью, наблюдая за ежедневным уничтожением людей, его жена получала еще большее удовольствие от мук заключенных. В лагере ее боялись больше, чем самого коменданта.

В 1937 году Карл Кох был назначен комендантом концлагеря Бухенвальд, где Ильзе получила печальную известность за свою жестокость по отношению к заключённым. Узники говорили, что она частенько прохаживалась по лагерю, раздавая удары плетью каждому встречному в полосатой одежде. Иногда Ильзе брала с собой голодную свирепую овчарку и натравливала ее на беременных женщин или обессиленных узников, она приходила в восторг от ужаса, испытываемого заключенными. Неудивительно, что за глаза ее называли «сукой Бухенвальда».

Фрау Кох была изобретательна и постоянно придумывала новые пытки, например она регулярно отправляла заключенных на растерзание двум гималайскими медведицами в штатный зоопарк.

Но истинной страстью этой дамы были татуировки. Она приказывала заключенным мужчинам раздеться и осматривала их тела. Ее не интересовали те, у кого не было татуировок, но если она видела на чьем-то теле экзотический узор, то глаза ее загорались, ведь это означало, что перед ней очередная жертва.

Позже Ильзе прозвали «Фрау Абажур». Она использовала выделанную кожу убитых мужчин для создания разнообразной домашней утвари, чем чрезвычайно гордилась. Наиболее подходящей для поделок она находила кожу цыган и русских военнопленных с наколками на груди и спине. Это позволяло делать вещи весьма «декоративными». Особенно Ильзе нравились абажуры.

Один из узников, еврей Альберт Греновский, которого заставили работать в патологоанатомической лаборатории Бухенвальда, рассказывал после войны, что отобранных Ильзе заключенных с татуировкой доставляли в диспансер. Там их убивали, используя смертоносные инъекции.

Был только один надежный способ не попасть «суке» на абажур — изуродовать себе кожу или умереть в газовой камере. Некоторым и это казалось благом. Тела, имеющие «художественную ценность», доставляли в патологоанатомическую лабораторию, где их обрабатывали спиртом и аккуратно сдирали кожу. Затем ее высушивали, смазывали растительным маслом и упаковывали в специальные пакеты.

А Ильзе тем временем совершествовала свое мастерство .Она стала создавала из человеческой кожи перчатки, скатерти и даже ажурное нижнее белье. «Татуировку, украсившую трусики Ильзе, я видел на спине одного цыгана из моего блока», — рассказывал Альберт Греновский.

Судя по всему изуверские развлечения Ильзе Кох стали модными среди ее коллег в других концентрационных лагерях, которые множились в нацисткой империи, как грибы после дождя. Для нее было удовольствием переписываться с женами комендантов других лагерей и давать им подробные инструкции, как превратить человеческую кожу в экзотические переплеты книг, абажуры, перчатки или скатерти для стола.

Однако не стоит думать, что Фрау Абажур были чужды все человеческие чувства. Однажды Ильзе увидела в толпе заключенных высокого статного юношу. Широкоплечий двухметровый богатырь сразу понравился фрау Кох и она велела охране усиленно откармливать молодого чеха. Через неделю ему выдали фрак и привели в покои госпожи. Она вышла к нему в розовом пеньюаре, с бокалом шампанского в руке. Однако парень скривился: «– Я никогда не буду спать с тобой. Ты – эсэсовка, а я – коммунист! Будь ты проклята!»

Ильзе влепила нахалу пощечину и тут же вызвала охрану. Юношу расстреляли, а Ильзе велела достать из его тела сердце, в котором застряла пуля, и заспиртовать его. Капсулу с сердцем она поставила на свой ночной столик. Ночами в её спальне частенько горел свет – Ильзе при свете «татуированного» абажура, глядя на мёртвое богатырское сердце, сочиняла романтические стихи…

Вскоре власти обратили внимание на «людоедское ремесло» госпожи Кох. В конце 1941 года супруги Кох предстали перед судом СС в Касселе по обвинению в «чрезмерной жестокости и моральном разложении». Однако в тот раз садистам удалось избежать наказания. И только в 1944 году состоялся суд, на котором им не удалось уйти от ответственности.

В холодное апрельское утро 1945 года, буквально за несколько дней до освобождения лагеря союзными войсками, Карл Кох был расстрелян во дворе того самого лагеря, где он совсем недавно распоряжался тысячами человеческих судеб.

Овдовевшая Ильзе была виновна в не меньшей степени, чем ее муж. Многие заключенные считали, что Кох совершал преступления под дьявольским влиянием своей жены. Однако в глазах СС вина ее была незначительна. Садистку освободили из под стражи. Тем не менее в Бухенвальд она не вернулась.

После крушения «третьего рейха» Ильзе Кох пряталась, надеясь, что пока ловят «крупную рыбу» в СС и гестапо, про нее все забудут. Она находилась на свободе до 1947 года, когда правосудие наконец настигло ее.

Попав в тюрьму, Ильзе сделала заявление, в котором уверяла, что была только «слугой» режима. Она отрицала изготовление вещей из человеческой кожи и утверждала, что была окружена тайными врагами рейха, которые оговорили ее, пытаясь отомстить за служебное усердие.

В 1951 году в жизни Ильзе Кох наступил перелом. Генерал Лусиус Клей, верховный комиссар американской оккупационной зоны в Германии, своим решением поверг в шок мир по обе стороны Атлантики — как население своей страны, так и Федеративной Республики Германии, возникшей на обломках поверженного «третьего рейха». Он подарил Ильзе Кох свободу, заявив, что имеются лишь «несущественные свидетельства того, что она приказывала кого-нибудь казнить, а ее причастности к изготовлению поделок из татуированной кожи нет доказательств».

Читайте также:  Лучшие фото леры кудрявцевой

Когда преступница была освобождена, мир отказался поверить в обоснованность этого решения. Вашингтонский адвокат Уильям Денсон, который был обвинителем на суде, приговорившим Ильзе Кох к пожизненному заключению, сказал: «Это чудовищная ошибка правосудия. Ильзе Кох была одной из самых отъявленных садисток среди нацистских преступников. Невозможно подсчитать количество людей, желающих свидетельствовать против нее не только потому, что она была женой коменданта лагеря, но и потому, что это проклятое Богом существо».

Однако фрау Кох не суждено было насладиться свободой, как только она вышла из американской военной тюрьмы в Мюнхене, она была арестована немецкими властями и снова посажена за решетку. Фемида новой Германии, стремясь как-то загладить вину за массовые преступления нацистов, незамедлительно посадила Ильзе Кох на скамью подсудимых.

Баварское министерство юстиции занялось поиском бывших узников Бухенвальда, добывая новые доказательства, которые позволили бы запереть военную преступницу в камере до конца ее дней. 240 свидетелей давали показания в суде. Они рассказывали о злодеяниях садистки в нацистском лагере смерти.

На этот раз Ильзе Кох судили немцы, во имя которых нацистка, по ее убеждению, верно служила «фатерланду». Она вновь была приговорена к пожизненному заключению. Ей было твердо заявлено, что на этот раз она не сможет рассчитывать на какое-либо снисхождение.

В тот год 1 сентября в камере баварской тюрьмы она съела свой последний шницель с салатом, связала простыни и повесилась. «Сука Бухенвальда» собственноручно свела счеты с жизнью.

Где прятались нацистские преступники после войны

Вторая мировая война закончилась почти 70 лет назад, но до сих пор по всему миру нет-нет да находят и судят еще ненаказанных нацистов. После окончания войны огромное количество военных преступников смогло избежать наказания и укрыться в различных странах по всему миру. Огромное количество нацистских преступников укрылось в Южной Америке, кто-то скрывался в Испании, а кто-то переехал в США и Канаду. Некоторым из них даже не пришлось покидать Германию.

Для бегства из Германии нацистские преступники использовали «Крысиные тропы». Данный термин был в ходу среди представителей американских спецслужб и обозначал систему маршрутов бегства нацистских преступников из Европы в конце и после окончания Второй мировой войны. Данные маршруты в основном вели в Южную Америку, особенно в такие страны, как Аргентина, Бразилия, Парагвай, Чили. Другие популярные направления бегства включали в себя США, Канаду, а также Ближний Восток. При этом существовало два основных маршрута бегства: первый вел из Германии в Испанию и потом в Аргентину, второй из Германии в Рим и Геную, а уже потом в Южную Америку. Оба этих направления были созданы независимо друг от друга, но в процессе их функционирования они могли пересекаться.

Изменение отношения к нацистским преступникам в Германии

Благодаря «сердоболию» англо-американских оккупационных властей и маневрам западногерманской юстиции смогли сохранить свои жизни, а затем и обрести свободу 8 из 12 руководителей главных управлений СС, а если брать в целом — 16 из 30 высших руководителей СС и полиции Третьего рейха. Из почти 53 тысяч эсэсовцев, которые являлись исполнителями приказа об истреблении «неполноценных народов» и входили в состав «эйнзатцгрупп», к уголовной ответственности судами было привлечено только около 600 человек.

Политика попустительства стала причиной того, что тюрьма для нацистских военных преступников в городе Ландсберге довольно быстро опустела. К 1951 году в ней оставалось всего 142 узника из числа бывших нацистов. А после того как в феврале 1951 года верховный комиссар США Джон Мак-Клой решил помиловать сразу 92 заключенных, тюрьму и вовсе можно было просто закрывать. И это при том, что после завершения Нюрнбергского процесса у высшего руководства ФРГ на руках находились все средства, которые могли подвести окончательную черту под нацистским прошлым. Однако немецкий канцлер Конрад Аденауэр думал иначе, более того он совсем не отвергал сотрудничества со старыми нацистскими кадрами, успевая при этом философствовать: «Грязную воду не выплескивают, когда нет чистой».

Уже в 1952 году все бывшие нацистские чиновники, а также сотрудники гестапо согласно новому федеральному закону №131 получили законное право занимать публичные должности в государстве. А кульминацией этих процессов стал закон об освобождении от судебного преследования, который вступил в силу в 1954 году. Согласно свидетельствам историка Норберта Фрея, практически со всех нацистских преступников были сняты обвинения, никто из них больше не считался преступником. После 1954 года пришла пора ползучей амнистии. Так, в 1960 году Бундестаг подтвердил действие 20-летнего срока давности за совершение убийства, а в 1968 году — за содействие убийству. В соответствии с этими двумя законами были прекращены судебные дела против практически 300 бывших сотрудников Главного управления имперской безопасности.

Другой маневр западногерманской юстиции заключился в освобождении от наказания военных преступников, которые были осуждены в государствах, в которых и остался их кровавый след. К примеру, генерал-полковник СС Ламмердинг, которого во французском городе Бордо заочно приговорили к смертной казни за совершение преступлений против человечности, а также военные преступления, спокойно продолжал жить в Дюссельдорфе, занимаясь делами своей строительной фирмы. При этом он был признан французским судом виновным в смерти 700 жителей печально известного селения Орадур, в том числе более 500 женщин и детей.

Советским судом также рассматривались уголовные дела ряда палачей из концентрационного лагеря Заксенхаузен. Так, главный врач лагеря Гейнц Баумкеттер был причастен к истреблению тысяч узников. Густав Зорге, известный как «железный Густав» лично был замешан в расстреле тысячи заключенных. А выделявшийся особой жестокостью даже среди других охранников Вильгельм Шубер лично расстрелял 636 советских граждан, 33 польских и 30 немецких, также он принимал участие в казнях 13 тысяч военнопленных. В СССР все они были приговорены к длительным срокам тюремного заключения и в числе других военных преступников были переданы властям ФРГ для отбывания наказания. Однако в ФРГ всю эту троицу практически сразу же и освободили. Более того, каждому из них было выдано пособие в размере 6 тысяч марок, а Гейнца Баумкеттера даже смогли трудоустроить по специальности в один из немецких госпиталей.

Ватикан стал «паспортным» столом для нацистов

В секретных перемещениях нацистских преступников по миру участвовало огромное количество лиц, организаций и даже органов власти. Помощь в этом им оказал даже Международный комитет Красного Креста (МККК). Сугубо мирная миссия, сама того не ведая, способствовала бегству тысяч нацистских преступников. Порядок организации на тот момент был таким, что документы беженцам выдавались на любое имя, которое называл человек, обратившийся в Красный Крест за помощью. Для идентификации личности было достаточно подтверждения комиссии помощи Ватикана. При этом уже потом выяснилось, что Комиссия по делам беженцев Ватикана часто выдавала военным преступникам подложные удостоверения личности, даже обладая всей информацией о том, кто на самом деле эти люди. В то же время перегруженный работой Красный Крест, в который после войны обращались миллионы беженцев, при выдаче выездных и проездных документов полагался на выданные Ватиканом справки. А проверка беженцев со стороны союзников была очень поверхностной.

Одним из ключевых звеньев тайного механизма бегства нацистов был епископ Алоис Худал. Так бывший комендант концентрационного лагеря Франц Штангль рассказывал: «30 мая 1948 года я совершил побег из следственной тюрьмы в Линце. Узнав о том, что епископ Алоис Худал помогает католикам — офицерам СС, я решил отправиться в Рим». При этом бывший эсэсовец Штангль в прошлом возглавлял концлагеря в Собиборе и Треблинке, в которых было уничтожено более 900 тысяч заключенных. Однако в Риме епископ Худал предоставил этому нацистскому преступнику сначала приют, а затем и паспорт Красного Креста, а также визу на въезд в Сирию. Помимо этого Худал выдал Штанглю билет на пароход и адрес, по которому он мог обратиться в Дамаске насчет работы.

Нацисты в США

В США всплывшая информация о нацистских преступниках, получивших убежище в стране, стала поводом для скандала. Все началось после того, как в распоряжении журналистов издания The New York Times попала первая версия доклада, который был подготовлен Министерством юстиции. Доклад рассказывал о взаимоотношениях властей Соединенных Штатов с бывшими нацистскими преступниками. На протяжении 4-х лет американские спецслужбы пытались скрыть содержимое данного доклада и допустили к публикации только существенно отредактированную версию, в которую не были включены наиболее «чувствительные» фрагменты более чем 600-страничного исследования.

«США, которые всегда могли гордиться тем, что предоставляли убежище гонимым, оказались убежищем для гонителей», — говорили американские юристы. В докладе отмечалось, что на территории Штатов смогли обосноваться многие бывшие военные преступники, которые опасались преследования в Европе, в том числе, и достаточно видные деятели Третьего рейха. Так, выяснилось, что покровительством ЦРУ пользовался один из основных идеологов Холокоста, сотрудник гестапо и правая рука печально известного Адольфа Эйхмана Отто фон Болшвинг. Болшавинг прожил в США до 1981 года. ЦРУ были интересны его связи среди политической элиты Германии. В докладных записках американской разведки обсуждались варианты действий, что ему надо будет делать, если о его прошлом станет известно: ссылаться на смягчающие обстоятельства или все отрицать».

Такой циничный поход со стороны спецслужб США был доказательство того, что в ЦРУ не испытывали никаких угрызений совести по поводу работы с лицами, руки которых были по локоть в людской крови. Еще один известный персонаж, чье имя приводилось в докладе — это Артур Рудольф бывший директор нацистского военного завода Mittelwerk. В годы войны на данном предприятии активно использовался труд заключенных, узников концлагерей, организацией подневольного труда занимался как раз Артур Рудольф. Это не помешало ему стать в США видным функционером НАСА и приобрести мировую известность как отцу ракеты-носителя «Сатурн-5». Естественно, американские разведчики знали о прошлом этого человека, но предпочитали не предпринимать действий.

Нацисты в Южной Америке

Огромное количество нацистских военных преступников после войны укрылось в Аргентине. Президент этой страны Хуан Перон питал к нацистской Германии чувства симпатии. Даже за работой Международного военного трибунала Перон наблюдал с явным возмущением. Хуан Перон говорил о Нюрнбергском процессе, как «величайшей несправедливостью, которую история не сможет простить».

Так, известный немецкий летчик-ас полковник Ганс-Ульрих Рудель, который среди прочего был любимчиком Гитлера, основал в Аргентине организацию под названием «Дело соратников». В этой стране у него были прочные позиции и прибыльный бизнес. Среди его друзей был лично президент Хуан Перон. Многие дела по торговле оружием он вел с бывшим эсэсовцем Вилемом Зассеном, который был приговорен к смертной казни в Бельгии. При этом оба партнера поддерживали дружеские отношения с местными диктаторами Аугусто Пиночетом в Чили и Альфредо Стресснером в Парагвае и даже были их советниками. В Аргентине беглые нацисты чувствовали себя как у себя дома. Там у них даже печатался собственный журнал «Путь», который отличался ярко выраженной антисемитской направленностью. Помещения издательства данного журнала стали излюбленным местом встречи бывших эсэсовцев. А сам журнал поддерживал контакты даже с доктором-изувером Йозефом Менгеле.

При этом государственные служащие по обе стороны Атлантики десятилетиями успешно саботировали многие попытки поиска бывших нацистских преступников. Иногда для этого было достаточно просто переставить цифры. К примеру, вместо 1974 года указать 1947 год, и вот уже Густав Вагнер может и дальше оставаться на территории Бразилии. Описки переводчика, который переводил на португальский язык текст запроса о его выдаче ФРГ, оказалось достаточно, чтобы Верховный суд Бразилии воспользовался ничтожным предлогом для отказа в экстрадиции бывшему обершарфюреру СС, которого обвиняли в соучастии в убийстве 152 тысяч евреев в концлагере Собибор.

Такая же история и с Йозефом Менгеле, печально прославившемся враче из Освенцима, который сумел извлечь выгоду из проволочек и недочетов в работе французских сотрудников Интерпола, которые и не думали объявлять его в международный розыск. А в деле штандартенфюрера СС Вальтера Рауффа, который изобрел автомобиль-«душегубку», «отличился» уже сотрудник германского МИД, который 14 месяцев саботировал отправку запроса федерального правительства к Чили с требованием выдачи преступника.

Трое этих гитлеровских палачей смогли ускользнуть от послевоенного правосудия. «Палач Собибора» Густав Вагнер умер в Сан-Пауло, доктор Йозеф Менгеле в бразильском Бадене, а Вальтер Рауфф скончался в результате инфаркта в Чили. Из многих сотен военных преступников и отъявленных нацистских функционеров, которые сбежали после капитуляции Германии в Южную Америку, к ответственности была привлечена буквально горстка. О том, как нацистским преступникам удавалось столько времени оставаться безнаказанными при очевидной их вине, исследователи ломают голову и по сей день.

Так, историк Даниэль Шталь, работавший с архивами южноамериканских и европейских стран, придал постыдную уверенность подозрению о том, что по обе стороны Атлантики действовала широкая «коалиция незаинтересованных», включающая в себя полицию, органы юстиции, административные инстанции и правительства разных стран. Эта «коалиция» десятилетиями препятствовала уголовному преследованию военных преступников Третьего рейха, хотя такой саботаж и имел разные мотивы.

К примеру, западногерманские дипломаты занимались саботажем охоты за нацистскими преступниками из чувства товарищества. Французские криминалисты не хотели проливать свет на детали собственного «коричневого» периода своей истории. Диктаторы Южной Америки отказывали в выдаче преступников, справедливо опасаясь, что процессы над нацистами могут вызвать ненужный интерес международной общественности к политическим преступлениям, которые совершались тогда в Аргентине и Бразилии. В те годы данной «коалиции» не представляло особого труда заниматься игнорированием поиска преступников Второй мировой войны. Для успешно уголовного преследования нацистов должны были крутиться в унисон многие винтики в сфере юстиции, политики, на уровне администраций и правительств. При этом любой, даже самой маленькой заминки, было достаточно, чтобы помешать аресту беглых преступников.

Читайте также:  Правило пяти секунд – правда или миф

Также неэффективность западных юридических механизмов можно было объяснить усилением холодной войны, а также разладом между бывшими союзниками по антигитлеровской коалиции, которые образовали новые военно-политические блоки на карте мира. Мешало осуществлению правосудия и довольно развитое фашистское подполье, которое обладало большими ресурсами. В органах власти и управления во многих странах мира находилось большое число единомышленников гитлеровского режима, а в ряде стран все еще продолжали существовать фашистские или довольно близкие к ним режимы. Все это в совокупности позволяло нацистам скрываться от правосудия.

Заметили ош Ы бку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Где прятались нацистские преступники после войны

Вторая мировая война закончилась почти 70 лет назад, но до сих пор по всему миру нет-нет да находят и судят еще ненаказанных нацистов. После окончания войны огромное количество военных преступников смогло избежать наказания и укрыться в различных странах по всему миру. Огромное количество нацистских преступников укрылось в Южной Америке, кто-то скрывался в Испании, а кто-то переехал в США и Канаду. Некоторым из них даже не пришлось покидать Германию.

Для бегства из Германии нацистские преступники использовали «Крысиные тропы». Данный термин был в ходу среди представителей американских спецслужб и обозначал систему маршрутов бегства нацистских преступников из Европы в конце и после окончания Второй мировой войны. Данные маршруты в основном вели в Южную Америку, особенно в такие страны, как Аргентина, Бразилия, Парагвай, Чили. Другие популярные направления бегства включали в себя США, Канаду, а также Ближний Восток. При этом существовало два основных маршрута бегства: первый вел из Германии в Испанию и потом в Аргентину, второй из Германии в Рим и Геную, а уже потом в Южную Америку. Оба этих направления были созданы независимо друг от друга, но в процессе их функционирования они могли пересекаться.

Изменение отношения к нацистским преступникам в Германии

Благодаря «сердоболию» англо-американских оккупационных властей и маневрам западногерманской юстиции смогли сохранить свои жизни, а затем и обрести свободу 8 из 12 руководителей главных управлений СС, а если брать в целом — 16 из 30 высших руководителей СС и полиции Третьего рейха. Из почти 53 тысяч эсэсовцев, которые являлись исполнителями приказа об истреблении «неполноценных народов» и входили в состав «эйнзатцгрупп», к уголовной ответственности судами было привлечено только около 600 человек.

Политика попустительства стала причиной того, что тюрьма для нацистских военных преступников в городе Ландсберге довольно быстро опустела. К 1951 году в ней оставалось всего 142 узника из числа бывших нацистов. А после того как в феврале 1951 года верховный комиссар США Джон Мак-Клой решил помиловать сразу 92 заключенных, тюрьму и вовсе можно было просто закрывать. И это при том, что после завершения Нюрнбергского процесса у высшего руководства ФРГ на руках находились все средства, которые могли подвести окончательную черту под нацистским прошлым. Однако немецкий канцлер Конрад Аденауэр думал иначе, более того он совсем не отвергал сотрудничества со старыми нацистскими кадрами, успевая при этом философствовать: «Грязную воду не выплескивают, когда нет чистой».

Уже в 1952 году все бывшие нацистские чиновники, а также сотрудники гестапо согласно новому федеральному закону №131 получили законное право занимать публичные должности в государстве. А кульминацией этих процессов стал закон об освобождении от судебного преследования, который вступил в силу в 1954 году. Согласно свидетельствам историка Норберта Фрея, практически со всех нацистских преступников были сняты обвинения, никто из них больше не считался преступником. После 1954 года пришла пора ползучей амнистии. Так, в 1960 году Бундестаг подтвердил действие 20-летнего срока давности за совершение убийства, а в 1968 году — за содействие убийству. В соответствии с этими двумя законами были прекращены судебные дела против практически 300 бывших сотрудников Главного управления имперской безопасности.

Другой маневр западногерманской юстиции заключился в освобождении от наказания военных преступников, которые были осуждены в государствах, в которых и остался их кровавый след. К примеру, генерал-полковник СС Ламмердинг, которого во французском городе Бордо заочно приговорили к смертной казни за совершение преступлений против человечности, а также военные преступления, спокойно продолжал жить в Дюссельдорфе, занимаясь делами своей строительной фирмы. При этом он был признан французским судом виновным в смерти 700 жителей печально известного селения Орадур, в том числе более 500 женщин и детей.

Советским судом также рассматривались уголовные дела ряда палачей из концентрационного лагеря Заксенхаузен. Так, главный врач лагеря Гейнц Баумкеттер был причастен к истреблению тысяч узников. Густав Зорге, известный как «железный Густав» лично был замешан в расстреле тысячи заключенных. А выделявшийся особой жестокостью даже среди других охранников Вильгельм Шубер лично расстрелял 636 советских граждан, 33 польских и 30 немецких, также он принимал участие в казнях 13 тысяч военнопленных. В СССР все они были приговорены к длительным срокам тюремного заключения и в числе других военных преступников были переданы властям ФРГ для отбывания наказания. Однако в ФРГ всю эту троицу практически сразу же и освободили. Более того, каждому из них было выдано пособие в размере 6 тысяч марок, а Гейнца Баумкеттера даже смогли трудоустроить по специальности в один из немецких госпиталей.

Ватикан стал «паспортным» столом для нацистов

В секретных перемещениях нацистских преступников по миру участвовало огромное количество лиц, организаций и даже органов власти. Помощь в этом им оказал даже Международный комитет Красного Креста (МККК). Сугубо мирная миссия, сама того не ведая, способствовала бегству тысяч нацистских преступников. Порядок организации на тот момент был таким, что документы беженцам выдавались на любое имя, которое называл человек, обратившийся в Красный Крест за помощью. Для идентификации личности было достаточно подтверждения комиссии помощи Ватикана. При этом уже потом выяснилось, что Комиссия по делам беженцев Ватикана часто выдавала военным преступникам подложные удостоверения личности, даже обладая всей информацией о том, кто на самом деле эти люди. В то же время перегруженный работой Красный Крест, в который после войны обращались миллионы беженцев, при выдаче выездных и проездных документов полагался на выданные Ватиканом справки. А проверка беженцев со стороны союзников была очень поверхностной.

Одним из ключевых звеньев тайного механизма бегства нацистов был епископ Алоис Худал. Так бывший комендант концентрационного лагеря Франц Штангль рассказывал: «30 мая 1948 года я совершил побег из следственной тюрьмы в Линце. Узнав о том, что епископ Алоис Худал помогает католикам — офицерам СС, я решил отправиться в Рим». При этом бывший эсэсовец Штангль в прошлом возглавлял концлагеря в Собиборе и Треблинке, в которых было уничтожено более 900 тысяч заключенных. Однако в Риме епископ Худал предоставил этому нацистскому преступнику сначала приют, а затем и паспорт Красного Креста, а также визу на въезд в Сирию. Помимо этого Худал выдал Штанглю билет на пароход и адрес, по которому он мог обратиться в Дамаске насчет работы.

Нацисты в США

В США всплывшая информация о нацистских преступниках, получивших убежище в стране, стала поводом для скандала. Все началось после того, как в распоряжении журналистов издания The New York Times попала первая версия доклада, который был подготовлен Министерством юстиции. Доклад рассказывал о взаимоотношениях властей Соединенных Штатов с бывшими нацистскими преступниками. На протяжении 4-х лет американские спецслужбы пытались скрыть содержимое данного доклада и допустили к публикации только существенно отредактированную версию, в которую не были включены наиболее «чувствительные» фрагменты более чем 600-страничного исследования.

«США, которые всегда могли гордиться тем, что предоставляли убежище гонимым, оказались убежищем для гонителей», — говорили американские юристы. В докладе отмечалось, что на территории Штатов смогли обосноваться многие бывшие военные преступники, которые опасались преследования в Европе, в том числе, и достаточно видные деятели Третьего рейха. Так, выяснилось, что покровительством ЦРУ пользовался один из основных идеологов Холокоста, сотрудник гестапо и правая рука печально известного Адольфа Эйхмана Отто фон Болшвинг. Болшавинг прожил в США до 1981 года. ЦРУ были интересны его связи среди политической элиты Германии. В докладных записках американской разведки обсуждались варианты действий, что ему надо будет делать, если о его прошлом станет известно: ссылаться на смягчающие обстоятельства или все отрицать».

Такой циничный поход со стороны спецслужб США был доказательство того, что в ЦРУ не испытывали никаких угрызений совести по поводу работы с лицами, руки которых были по локоть в людской крови. Еще один известный персонаж, чье имя приводилось в докладе — это Артур Рудольф бывший директор нацистского военного завода Mittelwerk. В годы войны на данном предприятии активно использовался труд заключенных, узников концлагерей, организацией подневольного труда занимался как раз Артур Рудольф. Это не помешало ему стать в США видным функционером НАСА и приобрести мировую известность как отцу ракеты-носителя «Сатурн-5». Естественно, американские разведчики знали о прошлом этого человека, но предпочитали не предпринимать действий.

Нацисты в Южной Америке

Огромное количество нацистских военных преступников после войны укрылось в Аргентине. Президент этой страны Хуан Перон питал к нацистской Германии чувства симпатии. Даже за работой Международного военного трибунала Перон наблюдал с явным возмущением. Хуан Перон говорил о Нюрнбергском процессе, как «величайшей несправедливостью, которую история не сможет простить».

Так, известный немецкий летчик-ас полковник Ганс-Ульрих Рудель, который среди прочего был любимчиком Гитлера, основал в Аргентине организацию под названием «Дело соратников». В этой стране у него были прочные позиции и прибыльный бизнес. Среди его друзей был лично президент Хуан Перон. Многие дела по торговле оружием он вел с бывшим эсэсовцем Вилемом Зассеном, который был приговорен к смертной казни в Бельгии. При этом оба партнера поддерживали дружеские отношения с местными диктаторами Аугусто Пиночетом в Чили и Альфредо Стресснером в Парагвае и даже были их советниками. В Аргентине беглые нацисты чувствовали себя как у себя дома. Там у них даже печатался собственный журнал «Путь», который отличался ярко выраженной антисемитской направленностью. Помещения издательства данного журнала стали излюбленным местом встречи бывших эсэсовцев. А сам журнал поддерживал контакты даже с доктором-изувером Йозефом Менгеле.

При этом государственные служащие по обе стороны Атлантики десятилетиями успешно саботировали многие попытки поиска бывших нацистских преступников. Иногда для этого было достаточно просто переставить цифры. К примеру, вместо 1974 года указать 1947 год, и вот уже Густав Вагнер может и дальше оставаться на территории Бразилии. Описки переводчика, который переводил на португальский язык текст запроса о его выдаче ФРГ, оказалось достаточно, чтобы Верховный суд Бразилии воспользовался ничтожным предлогом для отказа в экстрадиции бывшему обершарфюреру СС, которого обвиняли в соучастии в убийстве 152 тысяч евреев в концлагере Собибор.

Такая же история и с Йозефом Менгеле, печально прославившемся враче из Освенцима, который сумел извлечь выгоду из проволочек и недочетов в работе французских сотрудников Интерпола, которые и не думали объявлять его в международный розыск. А в деле штандартенфюрера СС Вальтера Рауффа, который изобрел автомобиль-«душегубку», «отличился» уже сотрудник германского МИД, который 14 месяцев саботировал отправку запроса федерального правительства к Чили с требованием выдачи преступника.

Трое этих гитлеровских палачей смогли ускользнуть от послевоенного правосудия. «Палач Собибора» Густав Вагнер умер в Сан-Пауло, доктор Йозеф Менгеле в бразильском Бадене, а Вальтер Рауфф скончался в результате инфаркта в Чили. Из многих сотен военных преступников и отъявленных нацистских функционеров, которые сбежали после капитуляции Германии в Южную Америку, к ответственности была привлечена буквально горстка. О том, как нацистским преступникам удавалось столько времени оставаться безнаказанными при очевидной их вине, исследователи ломают голову и по сей день.

Так, историк Даниэль Шталь, работавший с архивами южноамериканских и европейских стран, придал постыдную уверенность подозрению о том, что по обе стороны Атлантики действовала широкая «коалиция незаинтересованных», включающая в себя полицию, органы юстиции, административные инстанции и правительства разных стран. Эта «коалиция» десятилетиями препятствовала уголовному преследованию военных преступников Третьего рейха, хотя такой саботаж и имел разные мотивы.

К примеру, западногерманские дипломаты занимались саботажем охоты за нацистскими преступниками из чувства товарищества. Французские криминалисты не хотели проливать свет на детали собственного «коричневого» периода своей истории. Диктаторы Южной Америки отказывали в выдаче преступников, справедливо опасаясь, что процессы над нацистами могут вызвать ненужный интерес международной общественности к политическим преступлениям, которые совершались тогда в Аргентине и Бразилии. В те годы данной «коалиции» не представляло особого труда заниматься игнорированием поиска преступников Второй мировой войны. Для успешно уголовного преследования нацистов должны были крутиться в унисон многие винтики в сфере юстиции, политики, на уровне администраций и правительств. При этом любой, даже самой маленькой заминки, было достаточно, чтобы помешать аресту беглых преступников.

Также неэффективность западных юридических механизмов можно было объяснить усилением холодной войны, а также разладом между бывшими союзниками по антигитлеровской коалиции, которые образовали новые военно-политические блоки на карте мира. Мешало осуществлению правосудия и довольно развитое фашистское подполье, которое обладало большими ресурсами. В органах власти и управления во многих странах мира находилось большое число единомышленников гитлеровского режима, а в ряде стран все еще продолжали существовать фашистские или довольно близкие к ним режимы. Все это в совокупности позволяло нацистам скрываться от правосудия.

Читайте также:  30 фото с обманом зрения

Заметили ош Ы бку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Где прятались преступники Третьего Рейха после войны

Сентябрь 16, 2019, 10:43 пп 605 Просмотры

Количество нацистских преступников настолько велико, что даже по прошествии 70 лет, до сих пор находят и судят еще ненаказанных нацистов. После окончания войны огромное количество преступников Третьего Рейха избежало наказания и укрылось в различных странах по всему миру. Они укрылись в Южной Америке, в Испании, а часть смогла переехать в США и Канаду. Некоторым из них даже не покинули Германию.

Для бегства из Германии нацистские преступники использовали «Крысиные тропы». Данный термин был в ходу среди представителей американских спецслужб и обозначал систему маршрутов бегства нацистских преступников из Европы в конце и после окончания Второй мировой войны. Данные маршруты в основном вели в Южную Америку, особенно в такие страны, как Аргентина, Бразилия, Парагвай, Чили. Другие популярные направления бегства включали в себя США, Канаду, а также Ближний Восток. При этом существовало два основных маршрута бегства: первый вел из Германии в Испанию и потом в Аргентину, второй из Германии в Рим и Геную, а уже потом в Южную Америку. Оба этих направления были созданы независимо друг от друга, но в процессе их функционирования они могли пересекаться.

Изменение отношения к нацистским преступникам в Германии

Благодаря «сердоболию» англо-американских оккупационных властей и маневрам западногерманской юстиции смогли сохранить свои жизни, а затем и обрести свободу 8 из 12 руководителей главных управлений СС, а если брать в целом — 16 из 30 высших руководителей СС и полиции Третьего рейха. Из почти 53 тысяч эсэсовцев, которые являлись исполнителями приказа об истреблении «неполноценных народов» и входили в состав «эйнзатцгрупп», к уголовной ответственности судами было привлечено только около 600 человек.

Политика попустительства стала причиной того, что тюрьма для нацистских военных преступников в городе Ландсберге довольно быстро опустела. К 1951 году в ней оставалось всего 142 узника из числа бывших нацистов. А после того как в феврале 1951 года верховный комиссар США Джон Мак-Клой решил помиловать сразу 92 заключенных, тюрьму и вовсе можно было просто закрывать. И это при том, что после завершения Нюрнбергского процесса у высшего руководства ФРГ на руках находились все средства, которые могли подвести окончательную черту под нацистским прошлым. Однако немецкий канцлер Конрад Аденауэр думал иначе, более того он совсем не отвергал сотрудничества со старыми нацистскими кадрами, успевая при этом философствовать: «Грязную воду не выплескивают, когда нет чистой».

Уже в 1952 году все бывшие нацистские чиновники, а также сотрудники гестапо согласно новому федеральному закону №131 получили законное право занимать публичные должности в государстве. А кульминацией этих процессов стал закон об освобождении от судебного преследования, который вступил в силу в 1954 году. Согласно свидетельствам историка Норберта Фрея, практически со всех нацистских преступников были сняты обвинения, никто из них больше не считался преступником. После 1954 года пришла пора ползучей амнистии. Так, в 1960 году Бундестаг подтвердил действие 20-летнего срока давности за совершение убийства, а в 1968 году — за содействие убийству. В соответствии с этими двумя законами были прекращены судебные дела против практически 300 бывших сотрудников Главного управления имперской безопасности.

Другой маневр западногерманской юстиции заключился в освобождении от наказания военных преступников, которые были осуждены в государствах, в которых и остался их кровавый след. К примеру, генерал-полковник СС Ламмердинг, которого во французском городе Бордо заочно приговорили к смертной казни за совершение преступлений против человечности, а также военные преступления, спокойно продолжал жить в Дюссельдорфе, занимаясь делами своей строительной фирмы. При этом он был признан французским судом виновным в смерти 700 жителей печально известного селения Орадур, в том числе более 500 женщин и детей.

Советским судом также рассматривались уголовные дела ряда палачей из концентрационного лагеря Заксенхаузен. Так, главный врач лагеря Гейнц Баумкеттер был причастен к истреблению тысяч узников. Густав Зорге, известный как «железный Густав» лично был замешан в расстреле тысячи заключенных. А выделявшийся особой жестокостью даже среди других охранников Вильгельм Шубер лично расстрелял 636 советских граждан, 33 польских и 30 немецких, также он принимал участие в казнях 13 тысяч военнопленных. В СССР все они были приговорены к длительным срокам тюремного заключения и в числе других военных преступников были переданы властям ФРГ для отбывания наказания. Однако в ФРГ всю эту троицу практически сразу же и освободили. Более того, каждому из них было выдано пособие в размере 6 тысяч марок, а Гейнца Баумкеттера даже смогли трудоустроить по специальности в один из немецких госпиталей.

Ватикан стал «паспортным» столом для нацистов

В секретных перемещениях нацистских преступников по миру участвовало огромное количество лиц, организаций и даже органов власти. Помощь в этом им оказал даже Международный комитет Красного Креста (МККК). Сугубо мирная миссия, сама того не ведая, способствовала бегству тысяч нацистских преступников. Порядок организации на тот момент был таким, что документы беженцам выдавались на любое имя, которое называл человек, обратившийся в Красный Крест за помощью. Для идентификации личности было достаточно подтверждения комиссии помощи Ватикана. При этом уже потом выяснилось, что Комиссия по делам беженцев Ватикана часто выдавала военным преступникам подложные удостоверения личности, даже обладая всей информацией о том, кто на самом деле эти люди. В то же время перегруженный работой Красный Крест, в который после войны обращались миллионы беженцев, при выдаче выездных и проездных документов полагался на выданные Ватиканом справки. А проверка беженцев со стороны союзников была очень поверхностной.

Одним из ключевых звеньев тайного механизма бегства нацистов был епископ Алоис Худал. Так бывший комендант концентрационного лагеря Франц Штангль рассказывал: «30 мая 1948 года я совершил побег из следственной тюрьмы в Линце. Узнав о том, что епископ Алоис Худал помогает католикам — офицерам СС, я решил отправиться в Рим». При этом бывший эсэсовец Штангль в прошлом возглавлял концлагеря в Собиборе и Треблинке, в которых было уничтожено более 900 тысяч заключенных. Однако в Риме епископ Худал предоставил этому нацистскому преступнику сначала приют, а затем и паспорт Красного Креста, а также визу на въезд в Сирию. Помимо этого Худал выдал Штанглю билет на пароход и адрес, по которому он мог обратиться в Дамаске насчет работы.

Нацисты в США

В США всплывшая информация о нацистских преступниках, получивших убежище в стране, стала поводом для скандала. Все началось после того, как в распоряжении журналистов издания The New York Times попала первая версия доклада, который был подготовлен Министерством юстиции. Доклад рассказывал о взаимоотношениях властей Соединенных Штатов с бывшими нацистскими преступниками. На протяжении 4-х лет американские спецслужбы пытались скрыть содержимое данного доклада и допустили к публикации только существенно отредактированную версию, в которую не были включены наиболее «чувствительные» фрагменты более чем 600-страничного исследования.

«США, которые всегда могли гордиться тем, что предоставляли убежище гонимым, оказались убежищем для гонителей», — говорили американские юристы. В докладе отмечалось, что на территории Штатов смогли обосноваться многие бывшие военные преступники, которые опасались преследования в Европе, в том числе, и достаточно видные деятели Третьего рейха. Так, выяснилось, что покровительством ЦРУ пользовался один из основных идеологов Холокоста, сотрудник гестапо и правая рука печально известного Адольфа Эйхмана Отто фон Болшвинг. Болшавинг прожил в США до 1981 года. ЦРУ были интересны его связи среди политической элиты Германии. В докладных записках американской разведки обсуждались варианты действий, что ему надо будет делать, если о его прошлом станет известно: ссылаться на смягчающие обстоятельства или все отрицать».

Такой циничный поход со стороны спецслужб США был доказательство того, что в ЦРУ не испытывали никаких угрызений совести по поводу работы с лицами, руки которых были по локоть в людской крови. Еще один известный персонаж, чье имя приводилось в докладе — это Артур Рудольф бывший директор нацистского военного завода Mittelwerk. В годы войны на данном предприятии активно использовался труд заключенных, узников концлагерей, организацией подневольного труда занимался как раз Артур Рудольф. Это не помешало ему стать в США видным функционером НАСА и приобрести мировую известность как отцу ракеты-носителя «Сатурн-5». Естественно, американские разведчики знали о прошлом этого человека, но предпочитали не предпринимать действий.

Нацисты в Южной Америке

Огромное количество нацистских военных преступников после войны укрылось в Аргентине. Президент этой страны Хуан Перон питал к нацистской Германии чувства симпатии. Даже за работой Международного военного трибунала Перон наблюдал с явным возмущением. Хуан Перон говорил о Нюрнбергском процессе, как «величайшей несправедливостью, которую история не сможет простить».

Так, известный немецкий летчик-ас полковник Ганс-Ульрих Рудель, который среди прочего был любимчиком Гитлера, основал в Аргентине организацию под названием «Дело соратников». В этой стране у него были прочные позиции и прибыльный бизнес. Среди его друзей был лично президент Хуан Перон. Многие дела по торговле оружием он вел с бывшим эсэсовцем Вилемом Зассеном, который был приговорен к смертной казни в Бельгии. При этом оба партнера поддерживали дружеские отношения с местными диктаторами Аугусто Пиночетом в Чили и Альфредо Стресснером в Парагвае и даже были их советниками. В Аргентине беглые нацисты чувствовали себя как у себя дома. Там у них даже печатался собственный журнал «Путь», который отличался ярко выраженной антисемитской направленностью. Помещения издательства данного журнала стали излюбленным местом встречи бывших эсэсовцев. А сам журнал поддерживал контакты даже с доктором-изувером Йозефом Менгеле.

При этом государственные служащие по обе стороны Атлантики десятилетиями успешно саботировали многие попытки поиска бывших нацистских преступников. Иногда для этого было достаточно просто переставить цифры. К примеру, вместо 1974 года указать 1947 год, и вот уже Густав Вагнер может и дальше оставаться на территории Бразилии. Описки переводчика, который переводил на португальский язык текст запроса о его выдаче ФРГ, оказалось достаточно, чтобы Верховный суд Бразилии воспользовался ничтожным предлогом для отказа в экстрадиции бывшему обершарфюреру СС, которого обвиняли в соучастии в убийстве 152 тысяч евреев в концлагере Собибор.

Такая же история и с Йозефом Менгеле, печально прославившемся враче из Освенцима, который сумел извлечь выгоду из проволочек и недочетов в работе французских сотрудников Интерпола, которые и не думали объявлять его в международный розыск. А в деле штандартенфюрера СС Вальтера Рауффа, который изобрел автомобиль-«душегубку», «отличился» уже сотрудник германского МИД, который 14 месяцев саботировал отправку запроса федерального правительства к Чили с требованием выдачи преступника.

Трое этих гитлеровских палачей смогли ускользнуть от послевоенного правосудия. «Палач Собибора» Густав Вагнер умер в Сан-Пауло, доктор Йозеф Менгеле в бразильском Бадене, а Вальтер Рауфф скончался в результате инфаркта в Чили. Из многих сотен военных преступников и отъявленных нацистских функционеров, которые сбежали после капитуляции Германии в Южную Америку, к ответственности была привлечена буквально горстка. О том, как нацистским преступникам удавалось столько времени оставаться безнаказанными при очевидной их вине, исследователи ломают голову и по сей день.

Послевоенное собрание нацистов в Аргентине

Так, историк Даниэль Шталь, работавший с архивами южноамериканских и европейских стран, придал постыдную уверенность подозрению о том, что по обе стороны Атлантики действовала широкая «коалиция незаинтересованных», включающая в себя полицию, органы юстиции, административные инстанции и правительства разных стран. Эта «коалиция» десятилетиями препятствовала уголовному преследованию военных преступников Третьего рейха, хотя такой саботаж и имел разные мотивы.

К примеру, западногерманские дипломаты занимались саботажем охоты за нацистскими преступниками из чувства товарищества. Французские криминалисты не хотели проливать свет на детали собственного «коричневого» периода своей истории. Диктаторы Южной Америки отказывали в выдаче преступников, справедливо опасаясь, что процессы над нацистами могут вызвать ненужный интерес международной общественности к политическим преступлениям, которые совершались тогда в Аргентине и Бразилии. В те годы данной «коалиции» не представляло особого труда заниматься игнорированием поиска преступников Второй мировой войны. Для успешно уголовного преследования нацистов должны были крутиться в унисон многие винтики в сфере юстиции, политики, на уровне администраций и правительств. При этом любой, даже самой маленькой заминки, было достаточно, чтобы помешать аресту беглых преступников.

Также неэффективность западных юридических механизмов можно было объяснить усилением холодной войны, а также разладом между бывшими союзниками по антигитлеровской коалиции, которые образовали новые военно-политические блоки на карте мира. Мешало осуществлению правосудия и довольно развитое фашистское подполье, которое обладало большими ресурсами. В органах власти и управления во многих странах мира находилось большое число единомышленников гитлеровского режима, а в ряде стран все еще продолжали существовать фашистские или довольно близкие к ним режимы. Все это в совокупности позволяло нацистам скрываться от правосудия.

Ссылка на основную публикацию