Фото льва толстого - Oxford44.ru
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (пока оценок нет)
Загрузка...

Фото льва толстого

Охота на Льва. Толстой в неожиданных фотографиях и историях.

Девятого сентября исполняется 190 лет Льву Николаевичу Толстому. Сегодня его имя известно даже тем, кто не прочел ни одной его строчки. И каждый держит в голове свой образ великого Льва, в основном сложившийся в его поздние годы.

Фото: Государственный музей Л. Н. Толстого.

А случилось так потому, что в последние годы жизни Толстого фотографы устроили на него настоящую фотоохоту. Толстого стали снимать за письменным столом, в чистом поле, за трапезой и даже в кресле-каталке (как на фото выше), как это было в Крыму в 1901-1902 гг. и в Ясной Поляне во время его 80-летнего юбилея в 1908 году. Этот юбилей широко отмечался в России, но сам Толстой не праздновал, он тяжело заболел. Это фото интересно еще и тем, что здесь мы видим Толстого в постоянной домашней одежде — простой кофте крупной вязки, которая и по сей день хранится в яснополянском доме-музее.
Фото: Государственный музей Л. Н. Толстого.

Это фото было сделано летом 1905 года его учеником Владимиром Чертковым, когда писатель возвращался с купания на реке Воронка. Здесь Толстой весь — в своем смирении и гордости. Великий человек всегда одинок на этой земле. Но перед кем он снял шляпу? Перед Россией? Перед Богом? Да нет, старику просто стало жарко.

Фото: Государственный музей Л. Н. Толстого.

А вот на данном фото, которое тоже сделал Чертков, мы видим грозного Льва. От его взгляда не укроешься, он видит тебя насквозь. Перед ним нельзя лгать, кокетничать, позерствовать. Этот старик расколет на первом же допросе.

Впрочем, чего еще ожидать от человека, написавшего «Войну и мир», «Анну Каренину» и «Хаджи Мурата»?

Фото: Государственный музей Л. Н. Толстого.

На этом фото мы видим Толстого в самой привычной позе — за рабочим столом. Он весь в работе. На стене любимая «Мадонна» Рафаэля, литография, которую подарила тетушка Александра Андреевна Толстая — фрейлина императорского двора. На полке длинный ряд корешков Словаря Брокгауза и Ефрона — Википедия начала ХХ века. Под ним разные книги, но среди них — главные: Библия и Коран.

Фото: Государственный музей Л. Н. Толстого.

На этом фото мы видим Толстого в самый неподходящий для съемок момент. Он просто ест. Фотография нечеткая, любительская, но тем она и хороша. Это живой Толстой, обычный человек. Но и здесь он непрост. Тарелка с кашей стоит на кастрюльке, чтобы не остыла. Однако, соусник… Или — мед? Просто, но со вкусом!

Многие пытались поймать Льва в объектив фотокамеры, чтобы оставить свой снимок для вечности. Его эта охота, конечно, сильно раздражала.

Она, между прочим, тоже стала одной из причин бегства 82-летнего старика из Ясной Поляны поздней осенью 1910 года.

Но что интересно…

Фото: Государственный музей Л. Н. Толстого.

Первым «охотиться» на себя он начал сам. Данное фото — это, наверное, первое в мире селфи, сделанное знаменитым человеком. В 1862 году (год его женитьбы) он купил тогда еще редкое в России изобретение — фотоаппарат. Аппарат был настолько громоздким и тяжелым, что везти его пришлось на телеге, запряженной двумя лошадьми; одна лошадь не вытягивала груз по русскому бездорожью. Толстой сам настроил «агрегат», сам подготовил пластинку к фотосъемке (это был непростой процесс) и «сам себя снял» (как и написано его рукой в левом углу) с помощью специальной «груши». «Сам себя снял» — то есть, говоря современным языком, селфи.

Вот вам и ретроград!

Лев Николаевич Толстой с детьми. 1909 год. Репродукция. Государственный музей Л.Н.Толстого в Москве.

Фотофонд

В Государственном музее Л.Н.Толстого в Москве хранится около 26 тысяч экземпляров фотографий основного фонда. Музей обладает не только самым полным собранием фотографий Л.Н.Толстого (около 12 тысяч экземпляров), но и уникальными и многообразными фотоснимками лиц, мест, событий, связанных с жизнью и творчеством писателя.
Основанием фотофонда музея послужили экспонаты Толстовской выставки, открывшейся в 1911 г. на общественных началах в Историческом музее в Москве. Владельцы фотографий (среди них К.К. Булла, Ф.Т. Протасевич, фирма «Шерер, Набгольц и К», снимавшие Толстого) подарили их постоянному музею Л.Н.Толстого, который открылся в 1911 году в Москве на Поварской улице, а в 1921 году перешел в ведение государства. На основе постановления Совнаркома СССР 1939 года о сосредоточении в Гос. музее Л.Н.Толстого в Москве всех материалов, связанных с его жизнью и творчеством, фотофонды пополнились новыми материалами из разных музеев страны. Особую ценность среди них представляют фотографии и негативы С.А. Толстой, жены писателя, полученные музеем из Ясной Поляны, Библиотеки им. В.И.Ленина (бывшего Румянцевского музея), Исторического музея: их мог видеть Л.Н. Толстой, держать в руках; на них есть надписи и пометки членов семьи писателя.

В дальнейшие годы крупные и значительные по содержанию поступления были из архивов В.Г. Черткова , внучки Толстого С.А. Толстой-Есениной , сына и внука писателя С.Л. и С.С. Толстых , правнука А.И. Толстого , знакомых семьи Толстых – Х.Н. Абрикосова, П.Н. Буланже, П.А. Сергеенко, Н.Н. Гусева, а также из архива К.С. Шохор-Троцкого и других.
Фотографическая толстовиана музея многочисленна и разнообразна. Это целая фотолетопись жизни писателя, которая создавалась на протяжении 60-ти лет – от первого дагерротипного изображения до фотографий, полученных в результате моментальной съемки.

Изображений молодого Толстого немного. Это дагерротипы (зеркальные отпечатки на посеребренной металлической пластине) 1849 и 1854 годов ( из 4-х известных нам дагерротипов писателя три находятся в нашем музее) и первые фотографии в современном значении этого слова, т.е. отпечатки на бумаге, работы С.Л. Левицкого, М.Б. Тулинова, И. Жерюзе ( 1856, 1862 гг. ). В дальнейшем, по мере совершенствования фототехники и роста популярности Толстого, его фотографий становилось все больше, особенно много в первое десятилетие ХХ века.

Л.Н. Толстой. 1849 г.
Петербург. Дегерротип
В. Шенфельдта

Л.Н. Толстой-поручик. 15 февраля 1856 г.
Петербург. Фотография С.Л. Левицкого.

Л.Н. Толстого фотографировали представители известных фотофирм, корреспонденты газет и журналов, члены его семьи, родственники, друзья, знакомые и случайные посетители.

В 1880-е –90-е годы в документальной иконографии писателя среди профессиональных фотографов особое место занимает фирма «Шерер, Набгольц и К», которая снимала Толстого и его семью на протяжении почти четверти века. Большинство фотопортретов писателя были сделаны по инициативе Софьи Андреевны для подготовляемых ею собраний сочинений мужа. В эти же годы появляется множество любительских снимков Толстого, что было связано с упрощением техники фотографирования.Л.Н. Толстой. 1885 г. Москва.
Фотография фирмы «Шерер, Набгольц и К».

Первые любительские изображения писателя (за исключением автофотопортрета 1862 г.) были сделаны соседом по имению князем С.С. Абамелеком-Лазаревым (1884 г.), другом семьи М.А. Стаховичем (1887 г.) и женой С.А. Толстой (1887 г.). Первые два автора создали целые фотоколлекции – портреты Толстого, его семьи, родственников и гостей Ясной Поляны; многие снимки носят жанровый характер, передающий эмоциональную атмосферу яснополянской усадьбы.

Л.Н. Толстой рядом со своими скульптурным портретом работы И.Е. Репина. 1891 г. Ясная Поляна. Фотография Е.С. Томашевича.

В 1890-е годы, помимо уже упомянутых С.С. Абамелека-Лазарева и С.А. Толстой, писателя фотографировали Адамсон, Е.С. Томашевич, Ю. Стадлинг (шведский журналист), П.Ф. Самарин, П.И. Бирюков, Д.И. Четвериков, художник Н.А. Касаткин, П.В. Преображенский, сын писателя Илья Львович и другие. Все они запечатлели важные, значительные моменты общественной деятельности писателя, его занятий и интересов: Толстой на косьбе с яснополянским крестьянином; составляет списки голодающих в Бегичевке Рязанской губернии; среди единомышленников на хуторе в Русанове Тульской губернии; у балаганов на Девичьем поле в Москве…
Одни авторы создали проникновенные портреты писателя, как, например, П.И. Бирюков, другим удалось передать непосредственность уловленного мгновения, как, например, «вертикальный шпагат» Толстого, садящегося на лошадь, на снимке художника Н.А. Касаткина.

Самое большое количество фотографий Л.Н. Толстого было сделано в 1900-е годы, когда появились моментальные аппараты. Среди авторов – близкие писателю люди: жена Софья Андреевна, дочери Мария и Александра, сын Илья; друзья и знакомые: В.Г. Чертков, Д.А. Олсуфьев, П.И. Бирюков, Д.В. Никитин, И.М. Бодянский, Д.А. Хирьяков, П.А. Сергеенко и многие другие.

На их снимках Толстой предстает нам в непринужденной, доверительной обстановке, в кругу семьи и гостей, единомышленников и знакомых, за работой и на прогулке, в Ясной Поляне, Москве и других местах. Психологические камерные фотопортреты чередуются с динамичными, передающими экспрессию момента или отдельного сюжета снимками.

Л.Н. Толстой.1903г.
Ясная Поляна.
Фотография А.Л. Толстой.

В 1901 году в связи с «Определением Святейшего Синода» об отпадении графа Л.Н. Толстого от православной церкви официально было запрещено снимать и распространять изображения писателя, поэтому его профессиональных фотографий 1900-х годов немного. По-прежнему заказывала портреты мужа С.А. Толстая фирме «Шерер, Набгольц и К». В 1903 году в 75-летний юбилей Л.Н. Толстого его сын Илья Львович пригласил в Ясную Поляну своего друга, профессионального фотографа Ф.Т. Протасевича, который сделал много снимков юбиляра, его семьи и гостей. Накануне 80-летнего юбилея писателя (1908 г.) в Ясную Поляну приехал петербургский фотограф от «Нового времени» К.К. Булла с сыном. За два дня они создали целую предъюбилейную коллекцию, до сих пор изумляющую зрителей жизненной правдой и техническим блеском: психологически емкие портреты писателя, его семьи, гостей, крестьян, виды и интерьеры усадьбы, ее окрестностей.
Л.Н. Толстой. Единственный цветной фотопортрет писателя, явившийся и первым цветным фотопортретом в России. Май 1908 г. Ясная Поляна.
Фотография С.М. Прокудина-Горского.

Последний профессиональный снимок Толстого в Ясной Поляне был сделан фотографами фирмы «Отто Ренар», которые в 1909 году приезжали в Ясную вместе с представителями фирмы «Граммофон», желающими записать голос «патриарха русской литературы».

Хроника поездок Л.Н. Толстого в 1909 и в 1910 годах к другу В.Г. Черткову в подмосковное Крекшино, к дочери Т.Л. Сухотиной в Кочеты, последнего посещения писателем Москвы в сентябре 1909 года нашла отражение (помимо снимков В.Г. Черткова и Т. Тапселя) в фотографиях профессиональных мастеров С.Г. Смирнова, А.И. Савельева, фирмы «Ю.Мебиус», в кинокадрах А.О. Дранкова, Ж.Мейера ( фирма «Пате»); ими же сняты траурные дни ноября 1920 года в Астапове и Ясной Поляне, которые запечатлели также профессионалы Т.М. Морозов, Ф.Т. Протасевич и кинооператоры фирмы А.А. Ханжонкова.

Самыми значительными коллекциями толстовской иконографии являются работы жены писателя С.А. Толстой и его друга В.Г. Черткова – и по количеству снимков, и по разнообразию сюжетов.

С.А. Толстая. 1901г.
Ясная Поляна

Л.Н. и С.А. Толстые со скульптором И.Я. Гинцбургом (слева) и критиком В.В. Стасовым.
1900 г. Ясная Поляна.
Фотография С.А. Толстой.

Л.Н. Толстой за работой в кабинете яснополянского дома1909 г. Фотография С.А. Толстой

Л.Н. и С.А. Толстые
в 48-ю годовщину свадьбы 25 сентября 1910 г. Ясная Поляна. Фотография С.А. Толстой. Последний снимок Л.Н. Толстого.

Фотографии С.А. Толстой (около 1000 сюжетов) – своеобразная летопись последних двадцати лет жизни Л.Н. Толстого (1887-1910 гг.). Её фотокамера фиксировала и важные события, и будничные, прозаические. На её фотографиях мы видим Льва Толстого за работой, на отдыхе, в кругу семьи и гостей, с видными деятелями культуры; другие излюбленные сюжеты ее снимков – портреты детей и внуков, родственников, многочисленных гостей, пейзажи любимой ею Ясной Поляны, эпизоды повседневной жизни. На многих фотографиях работы С.А. Толстой запечатлен и сам автор, так как снимала она дорожной камерой, которую устанавливала на штатив.
Друг и единомышленник Толстого В.Г. Чертков создавал свою фотоколлекцию ( около 360 сюжетов) всего пять лет (1905-1910 гг.). Прежде всего он пытался выразить средствами фотографии особенность и сложность духовного облика Л.Н. Толстого. Отсюда его пристрастие к крупноплановому портрету, к темам «Толстой и природа», «Толстой и народ», через которые, по его мнению, более всего раскрывалась личность писателя. Немногим из любителей, не говоря уже о профессионалах-фотографах, были доступны в такой мере, как Черткову, минуты, когда можно было «подсмотреть» и снять крупным планом лицо Толстого во время непринужденной беседы, наедине со своими мыслями, в момент творчества. Моментальные аппараты давали возможность Черткову снимать целые серии одновременных крупноплановых портретов Льва Николаевича. Каждая «лента» таких снимков (в музее 10 таких серий) передает лицо Толстого в движении, в бесконечном разнообразии его выражения. Некоторые из фотопортретов работы Черткова по своей психологической емкости и степени обобщения могут соперничать даже с лучшими живописными и графическими изображениями писателя, восхищая нас и совершенством технического исполнения (проявлял и печатал снимки профессионал Т. Тапсель, специально приглашенный Чертковым из Англии).

Л.Н. Толстой. 1907 г. Ясная Поляна. Фотография В.Г. Черткова

Л.Н. Толстой с А.Л. Толстой.
1908 г. Ясная Поляна.
Фотография В.Г. Черткова.

Л.Н. Толстой с внучкой Танечкой Сухотиной .
1908 г. Ясная Поляна.
Фотография В.Г. Черткова.

Л.Н. Толстой идет вдоль вспаханного поля около деревни.
1908 г. Ясная Поляна. Фотография В.Г. Черткова.

Ценность фотофонда представляет уникальная коллекция дагерротипов (портреты Л.Н. Толстого, его родственников, друзей и знакомых) 1844-1856 гг. работы В. Шенфельдта, К.П. Мазера, А.Я. Давиньона, М.А. Абади, Н.А. Пашкова, братьев Блюменталь. Все семнадцать дагерротипов дошли до нашего времени в хорошем состоянии, за исключением 18-го, частично утратившего изображение.

Среди большого количества фотографий разных лиц из окружения Л.Н. Толстого в музее хранятся фотоальбомы представителей светского общества 1850-х-1870-х гг. из архивов Чертковых, Паниных, Левашовых, Воронцовых-Дашковых; альбомы «фотопортретов августейших особ и лиц, известных в России» Г. Деньера (1865 г.).

В разделе «Разные места» следует отметить крупноплановые снимки видов Кавказа, сделанные фотографами и топографами Главного штаба Кавказской армии 1850-х-1860-х годов, альбом светописей графа Ностица (1896 г.) с видами Москвы и Крыма.

Фотографии лиц и мест, связанных с жизнью и творчеством Л.Н. Толстого, составляют около 2/3 общего количества снимков, но как ни велика эта часть основного фотофонда, границы ее расширения беспредельны – так много вобрал в себя Толстой, так широки и многообразны были его связи.

Л.Н. Толстой. 19 мая 1910 г. Кочеты.
Фотография В.Г. Черткова.

Фотографии

Для просмотра нажмите на изображение ↑

В Государственном музее Л. Н. Толстого в Москве хранится около 26 тысяч экземпляров фотографий. Музей обладает не только самым полным собранием фотографий Л. Н. Толстого (около 12 тысяч), но и уникальными фотоснимками лиц, мест, событий, связанных с жизнью и творчеством писателя.

Основанием фотофонда музея послужили экспонаты Толстовской выставки, открывшейся в 1911 г. на общественных началах в Историческом музее в Москве. Владельцы фотографий (среди них К. К. Булла, Ф. Т. Протасевич, фирма «Шерер, Набгольц и К», снимавшие Толстого) подарили их постоянному музею Л. Н. Толстого, который открылся в 1911 году в Москве на Поварской улице, а в 1921 году перешел в ведение государства. На основе постановления Совнаркома СССР 1939 года о сосредоточении в Гос. музее Л. Н. Толстого в Москве всех материалов, связанных с его жизнью и творчеством, фотофонды пополнились новыми материалами из разных музеев страны. Особую ценность среди них представляют фотографии и негативы С. А. Толстой, жены писателя, полученные музеем из Ясной Поляны, Библиотеки им. В. И. Ленина (бывшего Румянцевского музея), Исторического музея: их мог видеть Л. Н. Толстой, держать в руках, на них есть надписи и пометки членов семьи писателя.

В дальнейшие годы крупные и значительные по содержанию поступления были из архивов В. Г. Черткова, внучки Толстого С. А. Толстой-Есениной, сына и внука писателя С. Л. и С. С. Толстых, правнука А. И. Толстого, знакомых семьи Толстых — Х. Н. Абрикосова, П. Н. Буланже, П. А. Сергеенко, Н. Н. Гусева, а также из архива К. С. Шохор-Троцкого и других.

Фотографическая толстовиана музея многочисленна и разнообразна. Это целая фотолетопись жизни писателя, которая создавалась на протяжении 60-ти лет — от первого дагерротипного изображения до цветного фотопортрета, сделанного пионером цветной фотографии С. М. Прокудиным-Горским.

Толстого снимают профессионалы

Изображений молодого Толстого немного. Это дагерротипы (зеркальные отпечатки на посеребренной металлической пластине) 1849 и 1854 годов (из четырех известных нам дагерротипов писателя три находятся в нашем музее) и первые фотографии в современном значении этого слова, т. е. отпечатки на бумаге, работы С. Л. Левицкого, М. Б. Тулинова, И. Жерюзе (1856, 1862 гг. ). В дальнейшем, по мере совершенствования фототехники и роста популярности Толстого, его фотографий становилось все больше, особенно много в первое десятилетие ХХ века. Л. Н. Толстого фотографировали представители известных фотофирм, корреспонденты газет и журналов, члены его семьи, родственники, друзья, знакомые и случайные посетители.

В 1870-е годы изображений писателя по-прежнему мало. Автор «Анны Карениной» предстает перед нами в фотографиях профессионала И. Г. Дьяговченко (1876 г.) и М. М. Панова (1878-79 гг.).

В 1880-е — 90-е годы в документальной иконографии писателя среди профессиональных фотографов особое место занимает фирма «Шерер, Набгольц и К», которая снимала Толстого и его семью на протяжении почти четверти века. Большинство фотопортретов писателя были сделаны по инициативе Софьи Андреевны для подготовляемых ею собраний сочинений мужа. В эти же годы появляется множество любительских снимков Толстого, что было связано с упрощением техники фотографирования.

Толстой на любительских фотоснимках

Первые любительские изображения писателя (за исключением автофотопортрета 1862 г.) были сделаны соседом по имению князем С. С. Абамелеком-Лазаревым (1884 г.), другом семьи М. А. Стаховичем (1887 г.) и женой С. А. Толстой (1887 г.). Первые два автора создали целые фотоколлекции — портреты Толстого, его семьи, родственников и гостей Ясной Поляны; многие снимки носят жанровый характер, передающий эмоциональную атмосферу яснополянской усадьбы.

В 1890-е годы, помимо уже упомянутых С. С. Абамелека-Лазарева и С. А. Толстой, писателя фотографировали Адамсон, Е. С. Томашевич, Ю. Стадлинг (шведский журналист), П. Ф. Самарин, П. И. Бирюков, Д. И. Четвериков, художник Н. А. Касаткин, П. В. Преображенский, сын писателя Илья Львович и другие. Все они запечатлели важные, значительные моменты общественной деятельности писателя, его занятий и интересов: Толстой на косьбе с яснополянским крестьянином; составляет списки голодающих в Бегичевке Рязанской губернии; среди единомышленников на хуторе в Русанове Тульской губернии; у балаганов на Девичьем поле в Москве…

Одни авторы создали проникновенные портреты писателя, как, например, П. И. Бирюков, другим удалось передать непосредственность уловленного мгновения, как, например, «вертикальный шпагат» Толстого, садящегося на лошадь, на снимке художника Н. А. Касаткина.

Самое большое количество фотографий Л. Н. Толстого было сделано в 1900-е годы, когда появились моментальные аппараты. Среди авторов — близкие писателю люди: жена Софья Андреевна, дочери Мария и Александра, сын Илья; друзья и знакомые: В. Г. Чертков, Д. А. Олсуфьев, П. И. Бирюков, Д. В. Никитин, И. М. Бодянский, Д. А. Хирьяков, П. А. Сергеенко и многие другие.

На их снимках Толстой предстает нам в непринужденной, доверительной обстановке, в кругу семьи и гостей, единомышленников и знакомых, за работой и на прогулке, в Ясной Поляне, Москве и других местах. Психологические камерные фотопортреты чередуются с динамичными, передающими экспрессию момента или отдельного сюжета снимками.

Последнее десятилетие жизни писателя в фотографиях

В 1901 году в связи с «Определением Святейшего Синода» об отпадении графа Л. Н. Толстого от православной церкви официально было запрещено снимать и распространять изображения писателя, поэтому его профессиональных фотографий 1900-х годов немного. По-прежнему заказывала портреты мужа С. А. Толстая фирме «Шерер, Набгольц и К». В 1903 году в 75-летний юбилей Л. Н. Толстого его сын Илья Львович пригласил в Ясную Поляну своего друга, профессионального фотографа Ф. Т. Протасевича, который сделал много снимков юбиляра, его семьи и гостей. Накануне 80-летнего юбилея писателя (1908 г.) в Ясную Поляну приехал петербургский фотограф от «Нового времени» К. К. Булла с сыном. За два дня они создали целую предъюбилейную коллекцию, до сих пор изумляющую зрителей жизненной правдой и техническим блеском: психологически емкие портреты писателя, его семьи, гостей, крестьян, виды и интерьеры усадьбы, ее окрестностей.

Последний профессиональный снимок Толстого в Ясной Поляне был сделан фотографами фирмы «Отто Ренар», которые в 1909 году приезжали в Ясную вместе с представителями фирмы «Граммофон», желающими записать голос «патриарха русской литературы».

Хроника поездок Л. Н. Толстого в 1909 и в 1910 годах к другу В. Г. Черткову в подмосковное Крекшино, к дочери Т. Л. Сухотиной в Кочеты, последнего посещения писателем Москвы в сентябре 1909 года нашла отражение (помимо снимков В. Г. Черткова и Т. Тапселя) в фотографиях профессиональных мастеров С. Г. Смирнова, А. И. Савельева, фирмы «Ю. Мебиус», в кинокадрах А. О. Дранкова, Ж. Мейера (фирма «Пате»). Ими же сняты траурные дни ноября 1910 года в Астапове и Ясной Поляне, которые запечатлели также профессионалы Т. М. Морозов, Ф. Т. Протасевич и кинооператоры фирмы А. А. Ханжонкова.

С. А. Толстая и В. Г. Чертков — создатели выдающихся фотоколлекций

Самыми значительными коллекциями толстовской иконографии являются работы жены писателя С. А. Толстой и его друга В. Г. Черткова — и по количеству снимков, и по разнообразию сюжетов.

Фотографии С. А. Толстой (около 1000 сюжетов) — своеобразная летопись последних двадцати лет жизни Л. Н. Толстого (1887 — 1910 гг.). Её фотокамера фиксировала и важные события, и будничные, прозаические. На её фотографиях мы видим Льва Толстого за работой, на отдыхе, в кругу семьи и гостей, с видными деятелями культуры; другие излюбленные сюжеты ее снимков — портреты детей и внуков, родственников, многочисленных гостей, пейзажи любимой ею Ясной Поляны, эпизоды повседневной жизни. На многих фотографиях работы С. А. Толстой запечатлен и сам автор, так как снимала она дорожной камерой, которую устанавливала на штатив.

Среди фотографий, отмеченных некоторой статичностью композиции, в ее фотоколлекции немало и таких снимков, которые ярко и живо отображают повседневные будни яснополянской и московской жизни семьи, в которой, по словам И. Репина, «всякий момент был глубоко интересен — как может быть только у Толстых». Коллекция С. А. Толстой неравнозначна по технике исполнения (у нее не было даже специальной комнаты для обработки фотографий), но по характеру сюжетов, передающих полнокровный образ жизни Л. Н. Толстого, атмосферу, в которой он жил, она непревзойденна.

Друг и единомышленник Толстого В. Г. Чертков создавал свою фотоколлекцию (около 360 сюжетов) всего пять лет (1905 — 1910 гг.). Прежде всего он пытался выразить средствами фотографии особенность и сложность духовного облика Л. Н. Толстого. Отсюда его пристрастие к крупноплановому портрету, к темам «Толстой и природа», «Толстой и народ», через которые, по его мнению, более всего раскрывалась личность писателя. Немногим из любителей, не говоря уже о профессионалах-фотографах, были доступны в такой мере, как Черткову, минуты, когда можно было «подсмотреть» и снять крупным планом лицо Толстого во время непринужденной беседы, наедине со своими мыслями, в момент творчества. Моментальные аппараты давали возможность Черткову снимать целые серии одновременных крупноплановых портретов Льва Николаевича. Каждая «лента» таких снимков (в музее 10 таких серий) передает лицо Толстого в движении, в бесконечном разнообразии его выражения. Некоторые из фотопортретов работы Черткова по своей психологической емкости и степени обобщения могут соперничать даже с лучшими живописными и графическими изображениями писателя, восхищая нас и совершенством технического исполнения (проявлял и печатал снимки профессионал Т. Тапсель, специально приглашенный Чертковым из Англии).

Вокруг Толстого

Ценность фотофонда представляет уникальная коллекция дагерротипов (портреты Л. Н. Толстого, его родственников, друзей и знакомых) 1844 — 1856 гг. работы В. Шенфельдта, К. П. Мазера, А. Я. Давиньона, М. А. Абади, Н. А. Пашкова, братьев Блюменталь. Все семнадцать дагерротипов дошли до нашего времени в хорошем состоянии, за исключением 18-го, частично утратившего изображение.

Среди большого количества фотографий разных лиц из окружения Л. Н. Толстого в музее хранятся фотоальбомы представителей светского общества 1850 —1870-х гг. из архивов Чертковых, Паниных, Левашовых, Воронцовых-Дашковых; альбомы «фотопортретов августейших особ и лиц, известных в России» Г. Деньера (1865 г.).

В разделе «Разные места» следует отметить крупноплановые снимки видов Кавказа, сделанные фотографами и топографами Главного штаба Кавказской армии 1850 — 1860-х годов, альбом светописей графа Ностица (1896 г.) с видами Москвы и Крыма.

Фотографии лиц и мест, связанных с жизнью и творчеством Л. Н. Толстого, составляют около 2/3 общего количества снимков, но как ни велика эта часть основного фотофонда, границы ее расширения беспредельны — так много вобрал в себя Толстой, так широки и многообразны были его связи.

Десять портретов Льва Толстого: от фото с войны до фрески в храме

В созна­нии многих Лев Нико­ла­е­вич Толстой — писа­тель и автор вели­чай­шего эпоса «Война и мир». Другие помнят его как мысли­теля, пропо­вед­ника нена­си­лия, веге­та­ри­анца и «предан­ного анафеме» борца с клери­ка­лиз­мом. Эти и другие мнения совер­шенно спра­вед­ливы: за 82 года жизни писа­тель успел проявить себя во многих сферах. Его гени­аль­ность была очевидна уже совре­мен­ни­кам. Лично встре­титься с графом и напи­сать порт­рет стре­ми­лись многие имени­тые живо­писцы — Иван Крам­ской, Илья Репин, Нико­лай Ге. VATNIKSTAN отобрал 10 обра­зов Льва Толстого — привыч­ных и неожи­дан­ных, времён моло­до­сти и послед­них лет.

Лев Толстой — поручик. Фото С. Л. Левицкого. 15 февраля 1856 года.

Лев Толстой прибыл в Сева­сто­поль в конце 1854 года. Нахо­дясь в эпицен­тре воен­ных действий, он напи­шет два рассказа: «Сева­сто­поль в декабре месяце» и «Сева­сто­поль в мае месяце». Схожие по назва­нию по посылу рассказы проти­во­по­ложны. Первый проник­нут патри­о­тиз­мом и гордо­стью за русскую армию. Во втором Лев Нико­ла­е­вич под впечат­ле­нием пере­до­вой и осады города укажет на бессмыс­лен­ность и бесче­ло­веч­ность войны. Рассказы позво­лят ему войти в петер­бург­ский лите­ра­тур­ный кружок журнала «Совре­мен­ник».

На фото Льву Нико­ла­е­вичу 27 лет. Его запе­чат­лел придвор­ный фото­граф Сергей Левиц­кий. Через несколько лет он уехал в Париж и стал «Фото­гра­фом Импе­ра­тора Напо­леона III ».

Портрет Л. Н. Толстого. И. Н. Крамской. 1873 год.

Первый прижиз­нен­ный и один из лучших порт­ре­тов Толстого. В начале 1870-х годов он уже был признан­ным писа­те­лем, но пере­жи­вал внут­рен­ний кризис. Весной 1873 года он начнёт роман «Анна Каре­нина». Произ­ве­де­ние дава­лось ему с трудом, но отвле­кало от жизнен­ных проблем:

« Моя Анна надо­ела мне, как горь­кая редька… но не гово­рите мне про неё дурного или, если хотите, то с ménagement (с осто­рож­но­стью.), она всё-таки усынов­лена».

Иван Крам­ской отно­сился к Толстому с уваже­нием, увле­кался его твор­че­ством и очень хотел напи­сать порт­рет. Писа­тель сначала не согла­шался. На уговоры ушло несколько меся­цев. Живо­писцу пришлось пере­ехать в Козловку-Засеку, непо­да­лёку от Ясной Поляны и нахо­дить убеди­тель­ные аргу­менты:

« — Я слиш­ком уважаю причины, по кото­рым вы отка­зы­ва­ете в сеан­сах, но ведь порт­рет ваш должен быть и будет в гале­рее.
— Как так?
— Очень просто… Лет через трид­цать, сорок, пять­де­сят он будет напи­сан, и тогда оста­нется только пожа­леть, что порт­рет не был сделан свое­вре­менно…».

Чтобы скон­цен­три­ро­вать внима­ние зрите­лей, Крам­ской выби­рает простую компо­зи­цию и сдер­жан­ную цвето­вую гамму, кото­рые не отвле­кают от спокой­ного, погру­жен­ного в себя Льва Нико­ла­е­вича.

Сеансы живо­писи сопро­вож­да­лись ожив­лён­ными бесе­дами об искус­стве и жизни. Крам­ской напи­сал одно­вре­менно два порт­рета: один для самого Льва Нико­ла­е­вича, другой на заказ для Третья­кова.

Портрет Л. Н. Толстого. Н. Н. Ге. 1884 год.

Начало 1880-х годов — время макси­маль­ного успеха и призна­ния для Льва Нико­ла­е­вича. Начи­на­ется период духов­ных поис­ков и созда­ния фило­соф­ских трак­та­тов — «Испо­ведь», «Так что же нам делать?», «О голоде», «Что такое искус­ство?», «В чем моя вера?», «Царство Божие внутри вас…».

В 1882 году Лев Нико­ла­е­вич напи­сал заметку о пере­писи насе­ле­ния, где рассуж­дал о следу­ю­щем. Две тысячи пере­пис­чи­ков прой­дут по самым отда­лён­ным угол­кам города, вклю­чая трущобы и ночлеж­ные дома. Навер­няка им встре­тится множе­ство людей «без хлеба, одёжи и приюта». Но неужели же вся задача социо­ло­гии — лишь зафик­си­ро­вать, что в Москве в 1882-м году было столько-то нищих, прости­ту­ток, беспри­зор­ни­ков? Толстой пред­ла­гал меры действенно помощи конкрет­ные вещи: помочь день­гами и личным участием.

Заметку прочи­тал живо­пи­сец Нико­лай Ге и описал своё состо­я­ние как «меня всего зажгло». Он поехал знако­миться с Толстым. Сначала он напи­шет порт­рет его жены, а затем и самого писа­теля:

« … я ездил в Москву, где и прожил три недели, я ездил, чтобы видеть моего хоро­шего Льва Нико­ла­е­вича Толстого и чтоб напи­сать его порт­рет, что я заду­мал давно, но не мог испол­нить. Раду­юсь, что испол­нил нако­нец. В этом порт­рете я пере­да­вал всё, что есть самого драго­цен­ного в этом удиви­тель­ном чело­веке».

Этот порт­рет счита­ется досто­вер­ным и точным. Совре­мен­ники, ранее не видев­шие писа­теля, после визита в Ясную Поляну, пере­да­вали свои впечат­ле­ния о том, как выгля­дит Толстой вживую, словами:

« Лев Толстой в аду». Фрагмент фрески из храма иконы Божией Матери «Знамение». Курская область, 1883 год.

В конце 1870-х годов он пере­жи­вал очеред­ной внут­рен­ний кризис. В духов­ных поис­ках он сначала обра­тился к право­слав­ной вере: посе­щал Оптиму пустынь, много постился, прича­щался, испо­ве­дался и молился. Но это не прино­сило жела­е­мого просвет­ле­ния и избав­ле­ния. Напро­тив, в днев­ни­ках он описы­вал ощуще­ние фальши и сомне­ния в догма­тах право­сла­вия. В 1880 году он отка­жется от молитв и начнет выра­ба­ты­вать собствен­ное духов­ное учение:

« Не в молеб­нах, обед­нях, свечах, иконах учение Христа, а в том, чтобы люди любили друг друга, не платили злом за зло, не судили, не убивали друг друга».

Лев Нико­ла­е­вич отвер­гает христи­ан­ские догматы о Троице, непо­гре­ши­мый авто­ри­тет Вселен­ских собо­ров, таин­ства и обеща­ние адских мук для греш­ни­ков. Писа­тель активно распро­стра­нял брошюры со своим учением, что, разу­ме­ется, вызвало недо­воль­ство церкви и ее актив­ных привер­жен­цев. Его активно осуж­дали, и одно из прояв­ле­ний этого осуж­де­ния — фреска, где писа­тель оказы­ва­ется в несу­ще­ству­ю­щем по его мнению аду.

В даль­ней­шем отно­ше­ния Толстого с церко­вью будут только ослож­няться. В конце 1880-х годов Синод попро­сит Алек­сандра III отлу­чить писа­теля от церкви, но импе­ра­тор отка­жется с форму­ли­ров­кой, что: «…не желает прибав­лять к славе Толстого муче­ни­че­ского венца».

« Пахарь Л. Н. Толстой на пашне». И. Е. Репин. 1887 год.

Илья Репин прожил у Толстого восемь дней и напи­сал два порт­рета:

« В один жаркий авгу­стов­ский день, в самую припёку, после завтрака Лев Нико­ла­е­вич соби­рался вспа­хать поле вдовы… Шесть часов, без отдыха, он бороз­дил сохой чёрную землю, то подни­ма­ясь в гору, то спус­ка­ясь по отло­гой мест­но­сти к оврагу. У меня в руках был альбом­чик, и я, не теряя времени, станов­люсь перед сере­ди­ной линии его проезда и ловлю чертами момент прохож­де­ния мимо меня всего кортежа. Это продол­жа­ется менее минуты, и, чтобы удво­ить время, я делаю пере­ход по пахоте на проти­во­по­лож­ную точку, шагах в двадцати рассто­я­ния, и станов­люсь там опять в ожида­нии группы. Я прове­ряю только контуры и отно­ше­ния вели­чины фигур; тени после, с одной точки, в один момент.
Нако­нец я попро­сил позво­ле­ния попро­бо­вать попа­хать. Едва-едва прошёл линию под гору, — ужасно накри­вил, а когда пришлось подни­маться на взло­бок, не мог сделать десяти шагов. Страшно трудно! Пальцы, с непри­вычки держать эти толстые оглобли, одере­ве­нели и не могли долее выно­сить; плечи от посто­ян­ного подни­ма­ния сохи для урегу­ли­ро­ва­ния борозды страшно устали, и в локтях, закреп­лен­ных в одной точке сгиба, при посто­ян­ном усилии этого рычага дела­лась нестер­пи­мая боль. Мочи не было. „Вот оно, в поте лица“, — поду­мал я, утира­ясь.
— Это с непри­вычки, — сказал Лев Нико­ла­е­вич. — И я ведь не сразу привык; у вас ещё и завтра в руках и плечах скажется труд. Да, всё же физи­че­ский труд самый тяжё­лый, — добро­душно рассуж­дал он с улыб­кой.
И опять нача­лось беско­неч­ное тяжё­лое хожде­ние взад и вперёд по рыхлой паху­чей земле. Вот он, Микула Селя­ни­но­вич, непо­бе­ди­мый ника­кими храб­ре­цами в доспе­хах. Микула воору­жён только вот таким терпе­нием и привыч­кой к труду».

« Лев Николаевич Толстой босой». И. Е. Репин. 1901 год.

Совре­мен­ные поклон­ники Льва Нико­ла­е­вича знают о его привычке одеваться просто и ходить боси­ком. Но писа­тель выгля­дел так не всегда, а только в собствен­ном имении. Выходя «в свет», он всегда обувал сапоги. Репин же часто гостил у Толстого и знал все его домаш­ние привычки. Поэтому на одном из порт­ре­тов запе­чат­лел Льва Нико­ла­е­вича босым. Полу­чи­лось, что Репин раскрыл неболь­шую тайну писа­теля. Он отре­а­ги­ро­вал с иронией:

« Благо­дарю вас, Илья Ефимо­вич, что, разув меня, вы оста­вили на мне хотя бы панта­лоны».

« Великан и пигмеи. Лев Толстой и современные писатели». Карикатура неизвестного художника из коллекции Фёдора Фидлера.

Масштаб лично­сти Льва Толстого был очеви­ден совре­мен­ни­кам. На кари­ка­туре неиз­вест­ного автора громад­ная фигура писа­теля проти­во­по­став­лена 16 «пигмеям» —менее прослав­лен­ным и талант­ли­вым писа­те­лям конца XIX века. Порт­рет­ного сход­ства, впро­чем, не угады­ва­ется.

« Лев Толстой среди яснополянских детей». Открытка Е. М. Бём. 1909 год.

Писа­тель увле­кался педа­го­ги­кой всю жизнь. В 1859 году он открыл первую школу, где учил крестьян­ских детей. Подход к обуче­нию был инно­ва­ци­он­ным для его времени. В школе не было телес­ных нака­за­ний, самым страш­ным было полу­чить запрет посе­щать заня­тия. Заня­тия вёл не только Лев Нико­ла­е­вич, но и пригла­шён­ные учителя из семи­на­ри­стов и студен­тов.

Основ­ной идеей было свобод­ное воспи­та­ние: Толстой считал, что стрем­ле­ние к знаниям пробу­дится у детей только в такой обста­новке:

« Когда я вхожу в школу и вижу эту толпу оборван­ных, гряз­ных, худых детей с их свет­лыми глазами и так часто ангель­скими выра­же­ни­ями, на меня нахо­дит тревога, ужас, вроде того, кото­рый испы­ты­вал бы при виде тону­щих людей… И тонет тут самое доро­гое, именно то духов­ное, кото­рое так очевидно броса­ется в глаза в детях. Я хочу обра­зо­ва­ния для народа только для того, чтобы спасти тону­щих там Пушки­ных, Остро­град­ских, Ломо­но­со­вых. И они кишат в каждой школе».

Открытка с репродукцией картины Яна Стыки «Толстой за работой в саду, окружённый призраками тех бедствий, которые терзают его родину». 1909 год.

На картине поль­ского живо­писца Толстой изоб­ра­жён за рабо­той над статьёй «Не могу молчать» (1908 год) о смерт­ных приго­во­рах. Прочи­тав сооб­ще­ние в газете о пове­ше­нии двадцати крестьян, он был до глубины души потря­сён и продик­то­вал в фоно­граф:

« Нет, это невоз­можно! Нельзя так жить. Нельзя так жить. Нельзя и нельзя. Каждый день столько смерт­ных приго­во­ров, столько казней. Нынче 5, завтра 7, нынче 20 мужи­ков пове­шено, двадцать смер­тей… А в Думе продол­жа­ются разго­воры о Финлян­дии, о приезде коро­лей, и всем кажется, что это так и должно быть».

Среди призра­ков, терза­ю­щих Россию, угады­ва­ются пьян­ство, поли­цей­ский произ­вол, смерт­ные казни, стра­да­ния, нищета.

Ян Стыка был поклон­ни­ком учения Толстого, он отошёл от христи­ан­ства и увле­кался древ­не­гре­че­ской фило­со­фией. Бывал в гостях у писа­теля в Ясной Поляне. Они вели актив­ную пере­писку.

« Лев Толстой на турнике». В. В. Шульженко. Вторая половина XX века.

Совет­ский худож­ник Васи­лий Шуль­женко запе­чат­лел Толстого в ещё одной ипостаси — как спортс­мена. Заня­тия физкуль­ту­рой Лев Нико­ла­е­вич считал такой же важной, как умствен­ный труд. Время на физи­че­скую актив­ность он реко­мен­до­вал нахо­дить каждый день, хотя бы 15 минут. Сам он пред­по­чи­тал трени­ровки на свежем воздухе — «садо­вая гимна­стика» с коль­цами и турни­ком.

С лёгко­стью писа­тель выпол­нял упраж­не­ние, полу­чив­шее в семье назва­ние «Иван Михай­ло­вич»:

1. Повис­нуть на руках на пере­кла­дине.
2. Просу­нуть между ними ноги
3. Припод­няв­шись, сесть на пере­кла­дину.

Лев Нико­ла­е­вич любил упраж­не­ния с ганте­лями, не без гордо­сти вспо­ми­нал о том, как в моло­до­сти мог креститься двух­пу­до­выми гирями.

Лев Толстой, биография, новости, фото

Имя: Лев Толстой (Lev Tolstoy)

Отчество: Николаевич

День рождения: 9 сентября 1828

Место рождения: с. Ясная Поляна, Крапивенский уезд, Тульская губерния

Дата смерти: 10 ноября 1910 (82 года)

Причина смерти: узнать пневмония

Место погребения: узнать с. Ясная Поляна

Рост: 181 см

Карьера: Исторические личности,
Писатели 14 место

Биография Льва Толстого

Детство и юность

У мальчика было три старших брата – Николай, Дмитрий и Сергей, и младшая на два года сестра Маша. Они рано осиротели: мать умерла через полгода после рождения дочери, отец – когда Льву исполнилось 9 лет. До смерти отца воспитанием детей занималась его троюродная сестра Татьяна Ергольская, а после их опекуном была назначена родная тетя, графиня Александра Остен-Сакен. Два старших брата переехали к ней в Белокаменную столицу, двое младших и сестричка остались в поместье.

Спустя 3 года тетушка скончалась. Дети перебрались в Казань ко второй сестре отца Пелагее. В 1844 Лев, воспитанный домашними учителями, вслед за старшими братьями стал студентом местного университета. Он выбрал отделение восточной словесности, но учеба (в отличие от светских развлечений) его не особенно привлекала. Он был недоверчив ко всякому авторитету, экзаменационные испытания полагал досадной формальностью.

В 1847 молодой человек бросил университет и уехал управлять имением по-новому и самостоятельно изучать интересующие науки. Но его ждала неудача в налаживании быта в качестве управляющего, описанная позже в рассказе «Утро помещика».

Несколько лет он вел светскую жизнь в столице и в Москве, отмечая в дневнике свое недовольство собой. Периоды аскетизма, попыток подготовиться к экзаменам на ученую степень и угрызений совести сменяло великосветское безделье и кутежи.

Творческий путь

Одновременно Лев занялся литературной деятельностью и через год завершил повесть «Детство», опубликовав ее в «Современнике». Произведение понравилось читателям и, воодушевленный успешным началом автор в 1854 представил на суд публики вторую часть трилогии, «Отрочество», а со временем и третью, «Юность».

В конце того же 1954 года он перевелся на Дунайский фронт, где ему пришлось пережить осаду Севастополя и все ужасы, выпавшие на долю его защитников. Этот опыт побудил его к созданию правдивых и глубоко патриотичных «Севастопольских рассказов», поразивших современников реалистичным изображением бесчеловечности войны. За оборону города он был удостоен ряда наград, включая Императорский орден Св. Анны «За храбрость».

После окончания военных действий, поручик Толстой оставил службу и отправился в Петербург, где имел большой успех в писательской среде и в светских салонах. Талантом 28-летнего сочинителя восхищались, уже тогда его называли «надеждой отечественной литературы». У него сложились дружеские отношения с Николаем Некрасовым, Иваном Тургеньевым, Дмитрием Григоровичем, Александром Дружининым и другими мастерами пера.

Он стал членом кружка журнала «Современник», бывшего идейным центром демократической общественной мысли, издал «Два гусара», «Метель». Но со временем Толстой стал тяготиться пребыванием в кружке с его бесконечными дискуссиями и конфликтами, и в 1857 отправился в путешествие за рубеж.

В 1880-х, на пике литературной славы, для писателя-мыслителя настало время нравственных терзаний, которые едва не довели его до самоубийства. Он создал ряд публицистических трактатов, включая «Исповедь», «О жизни», «Царство божие внутри вас», где изложил тезис ненасильственного сопротивления.

На основе его доктрин возникло движение «толстовство», сторонником которого были такие известные деятели, как Мартин Лютер Кинг и Махатма Ганди. Колонии последователей позже появились в Харьковской, Тверской губернии, в Западной Европе, в Японии, Индии, Южной Африке.

Личная жизнь Льва Толстого

Глава русской литературы очень любил женщин. В его большом сердце находилось место горничным, крестьянкам, юным аристократкам и замужним дамам. Его основным настроением в молодости критики называли чувственное влечение к представительницам слабого пола вместе с жаждой семейной жизни.

В 28 лет он задумал жениться на 20-летней дочери дворянина Арсеньева Валерии. Их роман длился около полугода. Но оказалось, что у них было слишком разное представление о семейном счастье. Он мечтал, что его жена в простом платье будет посещать крестьянские избы и подавать помощь, а она – как в роскошных нарядах станет разъезжать по Невскому в собственной коляске.

В 1857 году Лев Николаевич был увлечен дочерью поэта Тютчева Екатериной, но отношения их не сложились. Затем у него была связь с замужней крестьянкой Аксиньей, родившей от него в 1860 сына Тимофея.

В 1862 году он женился на 18-летней Софье Берс. Они прожили вместе 48 лет. За время брака супруга подарила ему 13 детей – 9 сыновей и 4 дочери (пятеро из них умерли в детстве, самым большим ударом стала смерть младшего сына Вани в 1895 году), стала его секретарем, помощницей в делах, переводчицей и неофициальным редактором.

Их отношения иногда омрачались размолвками, к примеру, когда писатель хотел раздать все имущество крестьянам и, став вегетарианцем, требовал от близких отказаться от мяса.

Любимым стихотворением сочинителя было знаменитое «Воспоминание» Пушкина, любимыми композиторами – Шопен, Бах и Гендель.

Смерть

В начале ноября 1910 в стремлении привести жизнь в соответствие со своими новыми воззрениями 82-летний дворянин-пацифист тайно покинул родовую усадьбу в сопровождении семейного врача Душана Маковицкого.

По пути в Новочеркасск, где они намеревались получить загранпаспорта для поездки в Болгарию, а в случае отказа ехать на юг, пожилой литератор тяжело заболел крупозной пневмонией. На станции Астапово его сняли с поезда и разместили в доме смотрителя.

Читайте также:  Фото алексея серебрякова – его жена и дети
Ссылка на основную публикацию